Христианская библиотека. Палестинский патерик. Жизнь после смерти. Христианство. Христианская библиотека - Беседа старца с учеником
Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам                Непрестанно молитесь                Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить                И мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в нее. Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем                Многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие                Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное                Истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное                Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие               
На русском Христианский портал

УкраїнськоюУкраїнською

Дополнительно

 
Беседа старца с учеником
   

1. Один брат спросил старца: «Прошу тебя, отче, скажи мне, какая цель вочеловечения Господня?» Старец сказал ему в ответ: «Удивляюся, брат, что, каждый день слушая Символ веры, ты спрашиваешь еще о сем. Впрочем, скажу тебе, что цель вочеловечения Господня есть наше спасение».

2. Брат сказал: «Как это, отче?» Старец отвечал: «Когда человек, в начале сотворенный по образу Божию и поставленный в раю, преступил заповедь, подвергся тлению и смерти, потом, несмотря на строение разнообразного Божия Промысла о нем во всяком роде, не переставал преуспевать на худшее, влекомый разными плотскими страстями к вечной погибели; то Единородный Сын Божий, Слово и Бог от Бога, источник жизни и бессмертия, явился нам, сидящим во тьме и сени смертной, воплотившись от Святого Духа и Святой Девы, и показал нам образ богоподобного жития, даровав заповеди с обетованием Царства Небесного тем, кои будут исполнять их, и угрозою мук вечных тем, кои будут преступать их; затем подъял спасительные страдания и смерть и, воскресши из мертвых, даровал нам надежду воскресения и жизни вечной, послушанием разрешив осуждение прародительского греха и поправ смертию смерть, чтобы как в Адаме все умирают, так в Нем все оживотворялись; наконец, вознесшись на небеса и седши одесную Бога Отца, ниспослал Духа Святого в обручение жизни вечной, в просвещение душ наших и в помощь тем, кои, подвизаясь о спасении своем, ревнуют об исполнении заповедей Его. Вот, кратко, цель воплощения Господня».

3. Брат сказал: «Желал бы я услышать, какие же заповеди должно исполнять, чтоб спастись?» Старец отвечал: «Сам Господь сказал Апостолам по воскресении: шедше научите вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, учаще их блюсти вся, елика заповедах вам (ср.: Мф. 28, 19—20), так что все, что Он заповедал, должно исполнять всякому человеку, крещенному во имя Отца и Сына и Святого Духа. Таким образом, с правою верою Господь соединил крепким союзом и исполнение заповедей, зная, что при разъединении их друг от друга невозможно человеку спастись. Потому и Давид, содержа правую веру, говорил к Богу: ко всем заповедем Твоим направляхся, всяк путь неправды возненавидех (Пс. 118, 128). Ибо против всякого пути неправого дарована нам соответственная заповедь, так что вместе с тем, как преступается какая-нибудь заповедь, вводится противоположный ей путь неправды».

4. Брат сказал: «Но кто, отче, может исполнить все заповеди, когда их так много?» Старец отвечал: «Тот, кто подражает Господу и последует стопам Его».

5. Брат сказал: «Кто же, отче, может подражать Господу? Ибо Господь есть Бог, хотя и соделался человеком, а я, человек,— грешник, порабощенный бесчисленным страстям, как же я могу подражать Господу?» Старец отвечал: «Пока кто порабощен духу мира, никак не может подражать Господу; но те, кои могут сказать: се, мы оставихом вся и в след Тебе идохом (Мф. 19, 27), получают от Него силу подражать Ему и исполнять все Его заповеди. Какую силу? Послушай, что Он Сам говорит: се, даю вам власть наступати на змии и на скорпии, и на всю силу вражию, и ничесоже вас вредит (ср.: Лк. 10, 19). Такую силу и такую власть прияв, апостол Павел говорил: подражатели мне бывайте, якоже аз Христу (ср.: 1 Кор. 11, 1); и опять: ни едино убо ныне осуждение сущим о Христе Иисусе, не по плоти ходящим, но по духу. Закон бо духа жизни о Христе Иисусе свободил мя есть от закона греховнаго и смерти (ср.: Рим. 8, 1—2). И еще: иже Христовы суть, плоть распята со страстъми и похотьми (Гал. 5, 24). Также: мне мир распяся, и аз миру (Гал. 6, 14). О сей же власти и помощи пророчествуя, Давид говорил: живыи в помощи Вышняго, в крове Бога Небеснаго водворится (ср.: Пс. 90, 1). О тех же, кои пристрастились к плоти и любят блага мира, послушай, что говорит Господь: иже не приимет креста своего и в след Мене грядет, несть Мене достоин (Мф. 10, 38); и: иже не отречется всего имения своего, не может быти Мой ученик (ср.: Лк. 14, 33). Итак, желающий быть достойным Его учеником и получить от Него силу против духов злобы, пусть отрешит себя от всяких плотских уз, очистит от всякого чувственного пристрастия и таким образом подвизается за заповеди Его, против невидимых врагов, чему пример показал нам Сам Христос, Которого искушал в пустыне начальник их, а среди людей — те, коих он возбуждал против Него».

6. Брат сказал: «Прошу тебя, скажи мне, отче, как мне исполнять заповеди и стяжать добродетель?» Старец отвечал: «Не можешь ты исполнять заповеди и стяжать добродетель, если наперед не отвергаешься себя, как я сказал, не возлюбишь добра и не возненавидишь зла, по слову пророка Давида: уклонися от зла и сотвори благо (Пс. 33,15). Потому, если хочешь стяжать добродетель, возненавидь противоположное ей зло. Так, если хочешь стяжать смирение, возненавидь тщеславие и человекоугодие; если хочешь быть нестяжателен, возненавидь корысть и стяжания мира; если желаешь стяжать целомудрие, возненавидь всякое угодие плоти; если хочешь стяжать плач, возненавидь смех и необузданную вольность; если желаешь стяжать безмолвие, возненавидь всякую заботу и попечение и прогони леность, отклоняющую тебя от непрестанного пребывания в молитве. И вообще, какую бы ни хотел ты исполнить заповедь и стяжать добродетель, должен прежде всего всячески подвизаться о том, чтоб препобедить и искоренить в себе противоположное ей зло».

7. Брат сказал: «Но, отче, заповедей Господних много; кто же может содержать их все в уме, чтоб подвизаться о всех их? Я, человек малоумный, желал бы знать какое-нибудь краткое правило, которое исполняя мог бы спастися». Старец отвечал: «Хотя и много заповедей, но все они заключаются в одном законе: возлюби Господа Бога твоего от всего сердца твоего, и от всея души твоея, и всею крепостию твоею, и всем помышлением твоим: и ближняго своего, яко сам себе (ср.: Лк. 10, 27). Кто подвигнется исполнить слово сие, исполнит вдруг все добродетели. Впрочем, никто не может истинно возлюбить ни Бога, ни ближнего, если не отрешится, как сказано, от всякого чувственного пристрастия. Быть причастным к веществу и любить Бога невозможно, как говорит Господь: никтоже может двема господинома работати... не можете Богу работати и мамоне (ср.: Мф. 6, 24). Поколику ум наш бывает занят делами мирскими и порабощен им, потолику нерадит о заповедях и преступает их».

8. Брат сказал: «Какими это делами, говоришь ты, отче?» Старец отвечал: «Яствами, деньгами, имуществом, славою, родством и прочим».

9. Брат сказал: «Но, отче, не Бог ли создал их и дал людям в употребление? Как же ты велишь удаляться от них?» Старец отвечал: «Точно, Бог создал их и дал людям в употреб ление, чтоб, пользуясь ими, как должно, мы благодарили Бога. И все, созданное Богом, хорошо весьма. Но мы, немощные, овеще ствившись мыслию, вещество легко предпочи таем заповеди о любви и из-за пристрастия к нему воюем с людьми. Между тем все видимое и даже самое тело должно принести в жертву любви, что и составляет отличительный ее при знак, как показывает в Евангелии Сам Гос подь, говоря: аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет (Ин. 14, 23). Какое же это слово, со блюдая которое мы свидетельствуем нелож ную свою любовь? Послушай Его Самого: сия есть, говорит Он, заповедь Моя (ибо слово Его есть заповедь), да любите друг дру га (Ин. 15,12). Видишь, что взаимная наша лю бовь неотлучна от любви к Богу и вместе с нею есть исполнение всех заповедей. Потому-то Он и повелевает не пристращаться ни к чему, но отрещись от всего имущества своего всяко му, искренно желающему быть Его учеником».

10. Брат сказал: «Ты говоришь, отче, что должно всему видимому и даже самому телу предпочитать любовь ко всякому человеку, но как могу я любить того, кто отвращается от меня и даже ненавидит меня? Как могу любить того, кто завидует мне, уязвляет меня стрелами поношения, строит ковы и наветует на меня.? Как могу я любить такого? Истинно, отче, это, кажется, невозможно, по свойству чувства оскорбления, которое естественно понуждает отвращаться от оскорбившего». Старец отвечал: «Для пресмыкающихся и зверей, водимых животными страстями, точно, невозможно не отмщать причиняющим зло, но для человека, созданного по образу Божию и водимого разумом, возможно не ненавидеть оскорбляющих, а любить их. Потому Господь и заповедал нам: любите враги ваша, добро творите ненавидящим вас, молитеся за творящих вам напасть и прочее (см.: Мф. 5, 44), конечно, не как дело невозможное, но как возможное; иначе Он не подвергал бы осуждению преступающих сию заповедь. Пример тому самым делом показал Господь и все ученики Его, подлинно хранившие в себе любовь к ближнему до самой смерти, в час коей молились тепло о тех, кои убивали их. Если мы не можем любить ненавидящих нас, то это потому, что мы веществолюбивы и сластолюбивы. Из-за сего же часто отвращаемся мы и от любящих нас, становясь хуже зверей и пресмыкающихся».

11. Брат сказал: «Вот, отче, я оставил все: родство, имущество, утехи и славу мира — и ничего не имею от мира сего, кроме тела, а между тем не могу любить брата, отвращающегося от меня и ненавидящего меня, хотя и принуждаю себя на деле не воздавать ему злом за зло. Что же должно мне сделать, чтоб возлюбить от сердца того, кто каким-нибудь образом оскорбит меня?» Старец отвечал: «Никто не может от сердца возлюбить оскорбившего, хотя внешно он и отрекся от благ мира, если истинно не познает намерения Господня о нас. Кому же даст Господь познать сие намерение и кто возревнует ходить по нему, тот может от сердца любить ненавидящего и оскорбляющего, как и Апостолы познали сие и любили врагов».

12. Брат сказал: «Какое же намерение Господне о нас? Прошу, научи меня, отче!» Старец сказал: «Если хочешь познать намерение Господне, слушай разумно, молясь и о мне, да дастся мне слово от Бога, могущее достойно выразить искомое. Господь наш Иисус Христос, естеством Бог, по человеколюбию благоволивший соделаться человеком, родясь от Жены, был под законом по божественному Апостолу, чтоб, как человек, исполнив заповедь, разрушить древнюю Адамову клятву. Зная, что закон и Пророки висят* на сих двух заповедях: возлюбиши Господа Бога твоего от всея души твоея, и ближняго твоего, яко сам себе, Господь с самого начала до Божественной смерти Своей точно исполнял их человекообразно. Но, прельстивший в начале человека и чрез то восприявший державу смерти, диавол, видя, как, при крещении, Он свидетельствован был Отцом и как человечеством приял с небес соестественного Духа Святого, после того как Он изведен был в пустыню искуситися от него, всю брань свою устремил на Него, с тою мыслию, не возможет ли как-нибудь и Его склонить — предпочитать блага мира любви Божией-, И, зная, что три вещи особенно прельщают человечество: пища, богатство и слава, коими и всегда ввергал он людей в ров погибели, сими тремя приступил искусить и Господа. Но Господь явил Себя выше их и повелел диаволу: иди за Мною, сатано (Мф. 4, 10). И это было неложным свидетельством твердого стояния в любви Божией. Не успевши, таким образом, искусить Господа своими предложениями на преступление заповеди любви к Богу, диавол после того, как Господь оставил пустыню и явился миру, всячески усиливался чрез евреев, возбуждаемых им ко всякому коварству и злу, раздражить Господа против ближнего, чтоб тем нарушил Он заповедь любви к ближнему. Но Господь, провидя козни его, злословимый,— благословлял, страдая,— терпел, являл им все дела любви, и таким человеколюбием к искушаемым победил искусителя, и благостию низложил отца злобы. Так новый Адам спас древнего! Сие же да мудрствуется в вас, еже и во Христе Иисусе (ср.: Флп. 2, 5), как говорит апостол Павел. Вот намерение Господне о нас! Господь даже до смерти послушлив был Отцу, как человек, сохранил совершеннейшим образом заповедь любви и тем победил надеявшегося победить Его диавола и избавил мир от тиранства его. Сие да мудрствуется и в нас, то есть да пребудем тверды в любви и да храним ее невозмущаемою, мужественно борясь и силою Божиею побеждая того, кто всячески покушается возмутить ее. Каким же способом? Не противясь злу, как учит Сам Господь (см.: Мф. 5, 39), являясь как бы бессильными противостоять ему. Так Христос Господь распят был, как немощный, и, немощию сею умертвив смерть, отъял власть у имущего державу смерти. Так немоществовал во Христе и апостол Павел и хвалится в немощах своих, да вселится в него сила Христова (см.: 2 Кор. 12, 9), и, научившись сему образу победы, писал к ефесянам: несть наша брань к крови и плоти, но к началом и ко властем, и к миродержителем тмы века сего, к духовом злобы поднебесным, и заповедал восприять всеоружие Божие: броню правды, шлем упования, щит веры и меч духовный, да возмогут вся стрелы лукаваго разжженныя угасити в борьбе с невидимыми врагами (см.: Еф. 6, 11—19). Научая нас делом сему образу брани, говорил: аз тако теку, не яко безвестно, тако подвизаюся, не яко воздух бияй и прочее (см.: 1 Кор. 9, 26). И опять: до нынешняго часа и алчем, и жаждем, и наготуем... и скитаемся... укаряеми, благословляем: гоними, терпим: хулими, утешаемся (ср.: 1 Кор. 4, И—13). Демоны возбуждали укорять, хулить, гнать его для того, чтоб подвигнуть его на гнев и ненависть к укоряющим, хулящим и гонящим и таким образом ввергнуть его в преступление заповеди любви. Но Апостол, не неразумея козней их, укоряющих благословлял, гонящих не ненавидел, на хулящих не гневался и всех убеждал отстать от возмутителей демонов и присвоиться благому Богу. Таким немощественным образом брани, не воздавая злом за зло, а побеждая благим злое, он и все Апостолы не только победили злобных демонов, но весь мир обратили к Господу. Так и ты, брат, если уразумеешь и восприимешь сердцем сию победоносную немощь на противление злу, можешь любить ненавидящих тебя, благословлять клянущих и творить добро зло творящим».

13. Брат сказал: «Поистине, отче, так есть и иначе быть не может потому, что и Господь благодушно понес поношение и муки и милосердно молился на кресте: Отче,отпусти им: не ведят бо, что творят (ср.: Лк. 23, 34), жалея о прельщенных. Помолись же о мне, отче, да возмогу и я совершенно уразуметь и восприять сердцем сие намерение Господа и святых Апостолов Его, быть бодренным во время искушений и замечать цели диавола и аггелов его». Старец отвечал: «Если будешь всегда содержать в себе сказанное, то не можешь не узнавать умышлений диавола. Знай притом, что как ты бываешь искушаем, так искушается и брат твой, и искушаемого прощай, а искушающему, хотящему возбудить в тебе ненависть, противься, не поддаваясь его козням. И это-то значит то, что говорит апостол Иаков: повинитеся Богу, противитеся же диаволу и бежит от вас (ср.: Иак. 4, 7). Внимай же себе, и ты всегда противлением возмутителю, с помощию Божиею, сохранишь любовь невозмущенною и победишь диавола. Если же будешь невнимателен, беспечен и нерадив и помысл свой опутаешь плотскими сластьми, то будешь воевать не против демонов, а против себя и братии, а демонов будешь увеселять, гневаясь из-за пустых вещей на братии своих».

14. Брат сказал: «Справедливо, отче. Сознаю, что нерадением и невниманием своим я всегда сам давал демонам доступ возмущать меня. Но прошу тебя, скажи мне, как стяжать трезвенное внимание?» Старец отвечал: «Совершенное беспопечение о земном и частое поучение в Божественных Писаниях приводит душу в страх Божий, страх же Божий приносит с собою трезвение, и тогда душа начинает зреть воюющих на нее чрез помыслы демонов, как говорит Давид: и воззре око мое на враги моя, и востающия на мя лукавнующия услышит ухо мое (Пс. 91, 12). Возбуждая к такому трезвению учеников своих, апостол Петр говорит: трезвитеся, бодрствуйте, зане супостат ваш. диавол, яко лев, рыкая, ходит, иский кого поглотити: емуже противитеся тверди верою (ср.: 1 Пет. 5, 8—9), и Господь говорит: бдите и молитеся, да не внидите в напасть (Мф. 26, 41). Также и Екклесиаст: аще дух владеющаго взыдет на тя, места твоего не остави (Еккл. 10, 4). Место же ума есть добродетель, ведение и страх Божий. Равно и дивный апостол Павел, трезвенно и мужественно подвизавшийся сам, учит: во плоти ходяще, не во плоти воинствуем, оружия бо воинства нашего не плотская, но сильна Богом и прочее (см.: 2 Кор. 10, 3—4). Так, если и ты станешь подражать святым и употребишь труд быть непрестанно в Боге, то соделаешься трезвенным. Душа трезвенная прогоняет демонов то молитвою, то подвигом умственным, то прибеганием к Богу и непрестанным в Нем пребыванием».

15. Брат сказал: «В чем состоит умственный подвиг?» Старец отвечал: «Умственный подвиг есть напряжение ума хранить память о смерти, суде, воздаянии и прочем: но главным образом есть предзрение Господа пред собою выну? и всегдашнее помышление о Боге».

16. Брат сказал: «Что же должно мне делать, отче, чтоб ум мой мог непрестанно быть занят Богом?» Старец отвечал: «Не может ум непрестанно быть занят Богом, если наперед не стяжет следующих трех добродетелей: любви, воздержания и молитвы. Любовь укрощает гнев, воздержание погашает похоть, а молитва отрешает ум от всех земных помышлений и, обнаженным от всего, представляет его Богу. Сии три добродетели объемлют все другие, и без них невозможно непрестанно пребывать в Боге».

17. Брат сказал: «Прошу тебя, отче, изъясни мне, как любовь укрощает гнев?» Старец отвечал: «По свойству своему миловать и благотворить ближнему, долготерпеть на нем и прощать оскорбления, наносимые им, как я часто говорил. Имея такое свойство, любовь укрощает гнев в том, кто успеет стяжать ее».

18. Брат сказал: «Не малы дела любви, и блажен стяжавший ее, я же далек от нее. Но прошу тебя, отче, скажи мне, в чем состоит долготерпение?» Старец отвечал: «В том, чтоб прощать обиды, переносить оскорбления, терпеливо ожидать конца искушению, не увлекаться гневом, как случится, слова даже не говорить в неразумии, не подозревать ничего и ничего не помышлять непристойного богочестивым, как говорит Писание: до времене стерпит долготерпеливый, и последи воздаст ему веселие: до времене скрыет словеса своя и устне верных исповедят разум его (ср.: Сир. 1, 23—24). Вот признаки долготерпения. И не только это, но и то, чтоб почитать самого себя причиною искушения, составляет неотъемлемое свойство долготерпения. И в самом деле так есть. Все, что бывает с нами, бывает или для научения нас, или для очищения прошедших грехов, или для исправления настоящего нерадения, или для отвращения будущих грехов. Прилагающий к себе какую-нибудь их сих причин не станет гневаться, когда его оскорбляют или даже бьют, и не вознегодует на того, чрез кого пришло искушение, ибо, чрез сего или другого, все же он должен пить чашу Божественных судов; но возблагодарит попустившего сие Бога, усердно приемля такое от Него наказание, как Давид, поносимый Семеем, и как Иов, смущаемый женою. Неразумный же часто просит милости у Бога и освобождения от пагубных страстей, а когда приходит милость, не приемлет ее, потому что она пришла не так, как он хотел, а как нашел лучшим Врач душ: потому малодушествует и смущается и иногда на людей вооружается гневом, иногда же на Самое Божество произносит хулы. Тем он обнаруживает неблагодарность и не получает утешения».

19. Брат сказал: «Хорошо сказал ты, отче. Но прошу тебя, изъясни мне и то, как воздержание иссушает похоть?» Старец отвечал: «Оно располагает человека удаляться от всего сластного и ничего не принимать, кроме нужного к поддержанию жизни; оно не ищет приятного, но полезного, соразмеряя всегда пищу и питие с нуждою, и, чрез сухоядение и малоядение не попуская умножаться лишним сокам в теле, сохраняет его не возмущаемым похотными стремлениями. Так воздержание иссушает похоть. Обилие же яств и сластолюбивое насыщение ими разгорячает чрево и воспаляет стремление скверной похоти. Тогда очи становятся бесстыдными и руки необузданными, язык начинает говорить неподобное и ухо — слушать суетные речи. Тогда ум небрежет о Боге, душа мысленно творит блуд и тело бывает готово на скверное дело».

20. Брат сказал: «Воздержание одних ли только яств касается, отче, или и другого чего?» Старец отвечал: «Нет, сын мой, не одних яств, но это всеобъемлющая добродетель. Так, есть воздержание языка,— чтоб не многословить, не говорить недолжного, не поносить, не осуждать, не бранить, не клясть, не лгать, не переносить речей, не клеветать, не льстить; есть воздержание слуха — заключать слух от суетных речей, чтоб не смущаться ими; есть воздержание очей — удерживать очи от всякого неподобного смотрения, не устремлять их бесстыдно на красоту, не обращать туда и сюда, не подсматривать за другими; есть воздержание от гнева — удерживать ярость и не распаляться сердцем на другого; есть воздержание от славолюбия — не желать и не любить прославления, не искать чести, не возноситься и не насыщаться похвалами; есть воздержание помыслов — удерживать их и заграждать им вход страхом Божиим, не услаждаться ими и не сослагаться с ними; воздержание от похоти и страсти нечистой — отгонять помысл, вводящий в сладострастие, не беседовать с ним, не услаждаться, не сослагаться, не творить воли плоти, но обуздывать страсти постом, бдением, трудом, паче же всего страхом Божиим. Истинный воздержник, жаждущий истинных благ и к ним устремляющий ум свой, имеет отвращение от похотей и сластей, не услаждается лицами жен, не прельщается красотою телесною и лестными словами, но желанием лучших благ и страхом будущего суда обуздывает всякую похоть. А невоздержный не только с услаждением предается празднословию, веселостям, сладкоядению и многоядению, но и сослагается с скверными помыслами. Возобновляя в памяти лица жен, пожатия рук, обнимания, страстные слова, обольстительные усмешки, помавание очей?, украшение одежд, черты лиц, часы и места бесед и вообще все, влекущее к похоти, сластолюбивый и невоздержный распаляется похотию в сердце своем. И горе таковому, ибо он будет осужден с осужденными! Осужденный в славолюбии, или дерзости, или преслушании, или в бесчинии, или во лжи, или в празднословии, или в гордости, или в зависти, или в гневливости, или в поношении и оклеветании неправедном, какое может иметь оправдание на суде и что может представить в защиту себе? Все такие будут безответны и, конечно, пойдут во ад, если заблаговременно не покаются и не исправятся. Потому, сын мой, умоляю тебя, не презирай сего, как малого и ничтожного и не стоящего быть предметом Божия суда, но всяким хранением храни себя от всего такого, да прославишься во Христе Иисусе Господе нашем».

21. Брат сказал: «Поистине так, отче. Но прошу тебя, научи меня теперь и о молитве, как она отрешает ум от всех помышлений?» Старец отвечал: «Помышления имеют предметом своим вещи — чувственные или умственные. Занимаясь сими вещами, ум носит в себе помышления о них. Благодать же молитвы сочетавает ум с Богом и, сочетавая с Ним, отрешает его от всех помышлений. Тогда ум, обнаженно от всего беседуя с Богом, соделывается боговидным и, соделавшись таковым, просит у Бога, что должно, и никогда не раскаивается в прошении своем. Потому-то Апостол заповедует непрестанно молиться (см.: 1 Сол. 5, 17), чтоб мы, сколько можно чаще сочетавая ум с Богом, мало-помалу отрешились от пристрастий чувственных».

22. Брат сказал: «Как ум может непрестанно молиться, когда, поя псалмы, читая, беседуя с другими, исправляя свои нужды, мы развлекаем его разными помышлениями?» Старец отвечал: «Святое Писание не заповедует ничего невозможного. И сам Апостол, написавший сию заповедь, пел, читал, учил, работал и страдал, гонимый, а между тем непрестанно молился. Непрестанная молитва состоит в том, чтоб ум содержать в великом благоговении и горячем устремлении к Богу, о Нем едином мыслить, Им единым заниматься, Его единого зреть, к Нему припадать в сердечном молении, всегда висеть на непоколебимом уповании на Него и в надежде на Него быть дерзновенным во всех делах и приключениях. Имея такое расположение, Апостол говорил: кто ны разлучит от любве Божия; скорбь ли, или теснота, или гонение, или глад, или нагота... известихся, яко ни смерть, ни живот, ни Ангели... ни ина тварь кая возможет нас разлучити от любве Божия, яже о Христе Иисусе Господе нашем (ср. Рим. 8, 35, 38—39). Также: во всем скорбяще,но не стужающе и прочее; и опять: всегда мертвостъ Господа Иисуса в теле носяще, да и живот Иисусов в теле нашем явится. Присно бо мы живии, в смерть предаемся Иисуса ради, да и живот Иисусов явится в мертвенней плоти нашей (ср.: 2 Кор. 4, 8, 10—11). Имея такое расположение, Апостол непрестанно молился, ибо во всех делах и приключениях, как сказано, висел на надежде Божией. Так и все святые всегда радовались в скорбях, чтоб воз-весть в навык Божественную надежду. И Апостол говорил: сладце убо похвалюся паче в немощех моих, да вселится в мя сила Христова. Темже благоволю в немощех, в досаждениих, в бедах, в изгнаниих, в теснотах по Христе: егда бо немощствую, тогда силен есмь (ср.: 2 Кор. 12, 9—10). Но горе нам, несчастным! Оставили мы путь святых и потому скудны духовными делами».

23. Выслушав сие, брат сказал: «Что же делать мне, живущему в нерадении и беспечности и не знающему даже, как молиться?» И старец, воодушевляя брата, сказал: «Но отныне, сын мой, начни пещись о своем спасении и внимать себе, ибо нет, нет, говорю тебе, лучшего пути, как внимать себе и чисто служить Богу, в тишайшем помысле, в неложном смирении, в нелицемерном благоговении, в искреннем сострадании и любви. Не должно ограничиваться одним телесным подвигом, но паче смотреть на душевные движения и расположения и прилежать к сокровенным деланиям. Касательно же молитвы, потщись, сын мой, сердечно приметаться? Богу, а не умножать только бесполезно слова: когда совершаешь молитву, не смотри на множество псалмов, а на целомудрие и благоустроение помыслов и на трезвение ума, ибо не на число псалмов, а на расположение поющего смотрит Судия. Потому, предстоя Ему в молитве, не думай, что ты на земле,— воспари горе душою и сердцем, прейди воздух, небеса, Ангелов, Престолы, Господства, Начала, Власти и пред престолом славы великого Бога славословь Его в чистых песнях, с таким страхом и трепетом, сколько может вместить ум твой. Если не сотворишь так, то не склонишь Его на милость, но более прогневишь и подпадешь клятве, изреченной чрез Пророка, который говорит: проклят человек, творяй дело Господне с небрежением (ср.: Иер. 48, 10). И так да будет ум твой всегда бодрен и трезвен; стой за добродетель и не попускай страстям брать над собою верх; поспеши положить доброе начало и воюй против лукавых козней диавола, то есть помыслов; гневайся на них (ибо для того и дан тебе гнев), и не падешь пред мысленными врагами, кои суть рождающиеся в уме злые помыслы, ибо они враги человеку домашние, коих должно нам искоренять, истребляя противное противным».

24. Брат сказал: «Почему, отче, нет у меня сокрушения?» Старец отвечал: «Потому, что нет у нас страха Божия и что, соделавшись вместилищем всякого зла, мы презираем Страшный суд, как простую мысль. Ибо кто не сокрушится, слыша слово Моисея, который, от лица Божия, говорит о грешниках: огонь возгорится от ярости Моея, разжжется да ада преисподняго и прочее (см.: Втор. 32, 22), также слово Исайи, который говорит: кто возвестит вам, яко огонь горит; кто возвестит вам место вечное; изыдут, и узрят трупы человеков преступивших Мне: червь бо их не скончается, и огнь их не угаснет, и будут в позор всякой плоти (ср.: Ис. 66, 24), и Иеремии, который говорит: дадите Господу

Богу вашему славу прежде даже не смеркнется, и прежде даже не преткнутся нозе ваши к горам темным: и пождете света, и тамо сень смертная: и положены будут во мрак (ср.: Иер. 13, 16). И опять: слышите сия, людие буии и не имущий сердца: иже имуще очи, не видите, и уши, и не слышите. Мене ли не убоитеся; рече Господь: или от лица Моего не устыдитеся? (ср.: Иер. 5, 21—22). Кто не ужаснется, слыша слово Иезекииля, который говорит: ныне изблизу излию гнев Мой на тя, и скончаю ярость Мою на тебе, и осужду тя по путем твоим, и дам на тя вся мерзости твоя. Не пощадит око Мое, и не помилую... и познавши, яко Аз Господь бияй (ср.: Иез. 7, 8—9). Кто не сокрушится, слыша слово Даниила, подробно описывающего день Страшного суда: зрях, говорит он, дондеже престоли поставишася, и Ветхий денъми ceдe... Река огненна течаше исходящи пред Ним: тысяща тысящ служаху Ему, и тмы тем предстояху Ему и прочее. Вострепета дух мой в состоянии моем, аз Даниил, и видения главы моея смущаху мя (ср.: Дан. 7, 9—10, 15). Кто не убоится от слов Давида, который говорит: единою глагола Бог, двоя сия слышах: зане держава Божия Твоя, Господи, милость: яко Ты воздаси комуждо по делом его (ср.: Пс. 61,12—13), и Екклесиаста, который говорит: конец слова, все слушай: Бога бойся и заповеди Его храни: яко сие всяк человек. Яко все творение приведет Бог на суд о всяком погрешении, аще благо и аще лукаво (ср.: Еккл. 12,13—14)? Кто, подобное сему слыша от Апостола, не вострепещет: всем бо явитися нам подобает пред судищем Христовым, да приимем кийждо, яже с телом содела, или блага, или зла (2 Кор. 5, 10)? Кто же не оплачет неверия нашего и ослепления души нашей, что, слыша всё сие, мы не каемся и не плачем горько о таком нерадении и такой беспечности нашей, которую провидя Иеремия говорит: проклят (человек) творяй дело Господне с небрежением (Иер. 48, 10). Ибо если б мы имели попечение о спасении душ наших, то трепетали бы Слова Божия и старались бы исполнять заповеди Его, от которых спасение. Но мы, слыша слово Господа: внидите узкими враты, вводящими в живот,— предпочитаем пространныя и широкия, вводящия в пагубу (ср.: Мф. 7, 13). Потому, когда придет Он с небес судить живых и мертвых, мы услышим от Него: идите от Мене проклятии, во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его (ср.: Мф. 25, 41). И сие услышим мы не потому только, что творим зло, но и потому, что нерадели о добре и не миловали ближнего; если же к тому же творим мы и зло, то как стерпим день оный страшный, так беспечно проводя жизнь свою? Древним сказано было чрез Моисея: не прелюбы сотвори; не убий. Господь же, видя, что сего недостаточно для совершенства христиан, говорил: аминь глаголю вам: яко аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидете в Царствие Божие (ср.: Мф. 5, 18, 20); потому заповедал нам освящение души, чрез которое освящается и тело, и искреннюю ко всем любовь, коею можем стяжать любовь и к Нему, чему образцом Он показал Сам Себя и учеников Своих, как часто было говорено. Какое же оправдание можем мы принесть в день тот, имея такие примеры и всё оставаясь в нерадении. Оплакивая нас, сподобившихся такой благодати и живущих в такой беспечности или, лучше, преисполненных всякого зла, Иеремия говорит: кто даст главе моей воду, и очесем моим источник слез; и плачуся день и нощь (ср.: Иер. 9, 1) — о народе сем. О нас же говорит и Моисей: и яде Иаков, и насытися, и отвержеся возлюбленный и прочее (см.: Втор. 32,15), и Михей: у, люте мне, душе! яко погибе благочестивый от земли, и исправляющаго в человецех несть. Кийждо ближняго своего озлобляет и прочее (см.: Мих. 7, 2). Также и Псалмопевец: спаси мя,Господи,яко оскуде преподобный и прочее (см.: Пс. И, 2). И Апостол, оплакивая нас, говорит: несть творяй благостыню, несть даже до единаго. Гроб отверст гортань их и прочее (см.: Рим. 3,12—13). Провидя такую жизнь нашу, он писал также к Тимофею: сие же веждъ, яко в последния дни настанут времена люта. Будут бо человецы самолюбцы, сребролюбцы, величави... образ имущий благочестия, силы же его отвергшиися (ср.: 2 Тим. 3,1—2, 5). Горе убо нам! Мы дошли до последней меры зол! Ибо, скажи мне, кто из нас невиновен в тех предсказанных грехах и не исполняется ли на нас то пророчество? Не все ли мы чревоугодники, не все ли сластолюбцы, не все ли вещелюбцы, не все ли гневливы, не все ли злопамятливы, не все ли изменники всякой добродетели, не все ли поносители, не все ли дерзки, не все ли братоненавистники, не все ли величавы, не все ли завистливы, не все ли горды и тщеславны, не все ли лицемеры и хитрецы, не все ли нерадивы и беспечны о заповедях Спасителя, не все ли мы исполнены всякого зла? Не все ли мы стали храмом идолов, вместо храма Божия? Не все ли мы стали вместилищем злых духов, вместо Духа Божия? Не все ли мы из сынов Божиих со делались сынами геенны? И никто да не негодует, слыша сию истину! Ибо и те беззаконники говорили тогда: единаго Отца имамы Бога, но услышали от Спасителя: вы отца вашего диавола есте, и похоти отца вашего хощете творити (ср.: Ин. 8, 41, 44). А мы разве не услышим от Него подобного, будучи равно преступниками Его заповедей? Апостол называет сынами Божиими водимых Духом Божиим: елицы бо, говорит, Духом Божиим водятся, сии суть сынове Божий (Рим. 8, 14). Водимые же Духом познаются от плодов духовных. Итак, посмотрим, есть ли в нас плоды духовные? Плод духовный есть, говорит тот же Апостол, любы, радость, мир, долготерпение, благость, вера, кротость, воздержание (ср.: Гал. 5, 22—23). Есть ли же в нас такие добродетели и можем ли мы назваться сынами Божиими? Господь научает, что рожденное от Духа дух есть (Ин. 3, 6); мы же соделались плотъми похотствующими на духа (ср.: Гал. 5,17). Потому праведно услышим от Него: не иматъ Дух Мой пребывати в человецех сих, зане суть плоть (ср.: Быт. 6, 3). Как можем мы даже назваться христианами, не имея в себе ничего Христова? Может быть, кто скажет: "Я имею веру, и вера, яже в Него, довлеет мне ко спасению". Но пусть послушает таковый, что говорит Апостол Иаков: и беси веруют и трепещут... вера без дел мертва есть о себе, как и дела без веры (см.: Иак. 2,19—20). Истинно уверовавшие во Христа и всего Его вселившие в себя чрез заповеди так говорили: живу не ктому аз, но живет во мне Христос. А еже ныне живу во плоти, верою живу Сына Божия возлюбившаго мене и предавшаго Себе по мне (ср.: Гал. 2, 20); потому, страдая за Него, ради спасения всех, как истинные ученики Его и искренние хранители заповедей Его, говорили: укаряеми благословляем и прочее (см.: 1 Кор. 4, 12); ибо слышали от Него: любите враги ваша, добро творите ненавидящим вас (ср.: Мф. 5, 44). Так чрез слова и дела обнаруживался действовавший в них Христос. Мы же во всем поступаем против Его заповедей, потому исполнились всякой нечистоты и лукавства и со делались, вместо храма Господня, храмом купли, вместо дома молитвы — вертепом разбойников, вместо рода святого — родом грешным, вместо народа Божия — народом, исполненным грехов, вместо семени Духа Святого — семенем лукавым, вместо сынов Божиих — сынами беззаконными. Ибо, оставив заповеди Господни, работаем злым духам, чрез нечистые страсти, и прогневляем Святого Израилева. Потому великий Исаия, оплакивая нас и вместе желая восставить нас от падения нашего, вопиет: - что еще уязвляетеся, прилагающе беззаконие? Всякая глава в болезнь, и всякое сердце в печаль — и потом далее говорит: оставится дщерь Сионя, яко куща в винограде, и яко овощное хранилище в вертограде, яко град воюемый (ср.: Ис. 1, 5, 8). Такое же опустение души нашей показывая, Апостол говорит: и якоже не искусиша имети Бога в разуме, предаде их Бог в неискусен ум, творити неподобная (ср.: Рим. 1, 28). Потом прибавляет: открывается гнев Божий с небесе на всякое нечестие и неправду человеков и прочее (см.: Рим. 1, 18). Намекая на сие же опустение, и Господь говорил: Иерусалиме, Иерусалиме,избивши пророки и камением побивали посланныя к тебе и прочее (см.: Мф. 23, 37). Исайя же опять, провидя, как мы, монахи, совершая только внешние службы, нерадим о делах духовных и остаемся ослепленными, говорил: услышите слово Господне, князи Содомстии, внемлите закону Божию, людие Гоморрстии. Что Ми множество жертв ваших? — и спустя немного: руки бо ваши исполнены крове (ср.: Ис. 1, 10—11, 15). Поелику ненавидяй брата человекоубийца есть (ср.: 1 Ин. 3, 15), то всякое подвижничество, не имеющее любви, чуждо Бога. Еще издалеча обличая наше лицемерие, Господь говорил: людие сии устнами чтут Мя; сердце же их далече отстоит от Мене. Всуе же чтут Мя (ср.: Мф. 15, 8—9). Также и то, что Господь говорил в обличение фарисеев, относится к нам, лицемерам, которые, сподобясь такой благодати, живем еще хуже тех. Не связываем ли и мы бремен тяжких и неудобоносимых и не возлагаем ли их на рамена людей, а сами и перстом не хотим коснуться их? Не творим ли и мы всех дел своих, да видимы будем человеки? Не любим ли и мы преждевозлежания на вечерях, преждеседания на сонмищах и целований на торжищах? Не любим ли и мы зватися от человек: учителю, учителю! — и не вооружаемся ли злобно против тех, кои не воздают нам такой чести? Не взяли ль и мы ключ разумения и не затворили ль Царствия Божия, сами не входя и другим не давая войти? Не преходим ли и мы морей и суши, чтоб сделать одного прозелита?, и, когда бывает, делаем его сыном геенны, сугубейшим нас? Не слепые ли руководители и мы, оцеждающие комара и верблюда пожирающие? Не внешние ли только сткляницы и блюда очищаем и мы, внутри же исполнены хищения и нечистоты? Не устрояем ли и мы гробы мучеников и не украшаем ли рак Апостолов, а сами подобны избившим их? Не гробы ли повапленные и мы, совне являющиеся людьми праведными, внутри же исполнены лицемерия и беззаконий? Кто же не восплачет о нас, когда мы таковы? Кто не возрыдает о таком нашем растлении? Сыны Сиона,— честные, вменихомся, яко сосуды скудельные! Назореи, сиявшие паче снега, соделались эфиопами, белевшие паче млека — почернели паче чернил! Омрачился паче сажи вид наш, за умножение беззаконий наших, паче беззаконий Содома! Сыны дня и света стали сынами ночи и тьмы! Сыны Царствия — сынами геенны! Сыны Вышнего — яко человеки умираем и яко един от князей падаем! Преданы в руки врагов беззаконных, то есть злобных демонов, и царю неправедному и злейшему на всей земле, то есть их князю. Ибо согрешили, беззаконновали, неправдовали, преступив заповедь Господа Бога нашего и ни во что вменив кровь завета. Но не предаждь нас до конца, имени ради Твоего Святого, Господи, и не разори завета Твоего, не отстави милости Своей от нас, ради щедрот твоих, Отче наш, Иже еси на небесех, и благоутробия ради Единородного Сына Твоего, и ради милости Пресвятого Духа; не помяни беззаконий наших древних, но скоро да предварят ны щедроты Твои, Господи, яко обнищахом зело. Помози нам, Боже, Спасителю наш, славы ради имени Твоего. Избави нас от беззаконий наших и помилуй нас, человеколюбия ради Единородного Сына Твоего, восседшего человечеством одесную Тебе, да даруешь нам твердое упование спасения, ради честной крови Его, которую излил Он за живот мира, ради святых Апостолов Его и мучеников, проливших кровь свою за имя Его, ради святых отцов, Пророков, патриархов, кои подвизались благоугодить Тебе! Не презри моления нашего и не остави нас вконец. Не на правды наши надеясь, но на милость Твою, которою покрываешь Ты род наш, умоляем и просим благость Твою, да не будет нам в суд установленное во спасение наше Единородным Сыном Твоим таинство! Не отвержи нас от Твоего лица, не возгнушайся недостоинством нашим, но помилуй нас по великой милости Твоей и по множеству щедрот очисти беззакония наши, да, неосужденно представ пред лице славы Твоей, сподобимся покрова Единородного Сына Твоего! Ей, Владыко, всесильный Господи! Услыши моление наше, разве бо Тебя иного Бога не вемы, имя Твое именуем!»

25. Выслушав все сие, брат пришел в сокрушение и сказал старцу: «Сколько вижу я, отче, нет мне надежды на спасение, ибо беззакония мои превзошли главу мою. Скажи же мне, прошу тебя, что мне делать?» Старец сказал ему в ответ: «Спастися от человек невозможно, у Бога же вся возможна суть (Лк. 18, 27), как говорит Сам Господь. Предстанем же лицу Его во исповедании, поклонимся и припадем Ему, и восплачемся пред Господем сотворшим нас: яко Той есть Бог наш, и мы людие Его (ср.: Пс. 94, 6—7). Ибо Сам Он говорит чрез Исайю: егда обратився, воздохнеши, тогда спасешися (ср.: Ис. 30,15). И опять: еда не может рука Господня спасти; но грехи ваши разлучают между вами и Богом, и грех ради ваших Он отвратил лице Свое, еже не помиловати (ср.: Ис. 59,1—2). Измыйтеся, и чисти будете, отъимите лукавства от душ ваших и прочее (см.: Ис. 1,16). Потом далее говорит: аще хощете и послушаете Мене,благая земли снесте (Ис. 1, 19). Также чрез Иоиля Он говорит: обратитеся ко Мне всем сердцем вашим в посте, и в плачи, и в рыдании, и расторгните сердца ваша, а не ризы ваша (ср.: Иоил. 2, 12—13). У Иезекииля читаем: сыне человечъ, рцы дому Израилеву: сице реете, глаголюще: прелести наша в нас суть, и мы в них таем, и како нам живым быти? Рцы им: живу Аз, глаголет Господь, не хощу смерти грешника и прочее (см.: Иез. 33,10—11). В Третьей книге Царств, для показания преизобилия благости Божией, так говорит пророк Илия к Ахаву о винограднике Навуфея: сице глаголет Господь, понеже ты убил ecu Навуфея и приял ecu в наследие виноград его, сего ради тако глаголет Господь: на месте, идеже полизаша свинии и пси кровь его, тамо полижут и кровь твою... Иезавель пси снедят в предградии Иезраеля. Услышав слова сии, Ахав разодрал одежды свои, облекся во вретище, постился и хождаше скорбен. И было слово Господне к Илии: видел ли ecu, яко умилися Ахав от лица Моего; сего ради не наведу зла во днех его (ср.: 3 Цар. 21,19, 23, 27, 29). Давид говорит: рех: исповем на мя беззаконие мое Господеви, и Ты оставил ecu нечестие сердца моего (ср.: Пс. 31, 5). Господь говорит в Евангелии: покайтеся, ибо приблибо Царствие Небесное (ср.: Мф. 4, 17). Когда Петр спрашивал: колъкраты, сколько раз отпускать брату, если согрешил он предо мною,— отпускать ли до седмь крат? — Он, естеством благий и несравненный в милости, отвечал: не глаголю тебе: до седмь крат, но до седмьдесят крат седмерицею (Мф. 18, 21—22). Что может сравниться с такою благостию? Есть ли мера такому человеколюбию? Итак, восприимем страх Господень и от всего сердца обратимся к беспредельной благости и человеколюбию Его. И почто погибаем мы, братие? Очистим руки, грешные, исправим сердца, двоедушные! Восскорбим, восплачем и возрыдаем о лукавствах наших! Уверуем обетованиям Спасителя, убоимся угроз Его и возревнуем о соблюдении заповедей Его; возлюбим друг друга от чистого сердца, рцем: братие — и ненавидящим нас; будем прощать друг другу от чистого сердца, друг другом искушаемые по наветам врага; противостанем помыслам нашим, призвав Бога в споборники, изженем из себя лукавых и нечистых духов, покорим плоть духу, утруждая ее и порабощая всяким злостраданием, очистим себя от всякой скверны плоти и духа; будем возбуждать друг друга к любви и добрым делам; не будем завидовать другим и зверствовать против завидящих нам, лучше будем сострадать друг другу и со смирением врачеваться взаимно; не будем осуждать и подозревать друг друга, ибо мы друг другу уди есмы. Отвергнем от себя нерадение и беспечность и станем мужественно в подвиг против духов злобы. Ходатая имамы ко Отцу, Иисуса Христа Праведника, и Той есть умилостивление о гресех наших (ср.: 1 Ин. 2, 1—2). Помолимся убо Ему в чистом сердце, от всей души нашей, и Он оставит нам грехи наши, ибо близ Господь всем призывающим Его во истине. Волю боящихся Его сотворит, и молитву их услышит, и спасет я (ср.: Пс. 144, 18—19). Потому Псалмопевец говорит: пожри Богови жертву хвалы, и воздаждъ Вышнему молитвы твоя: и призови Мя в день скорби твоея, и изму тя,и прославиши Мя (Пс. 49, 14—15). Также Исайя: разрешай всяк соуз неправды... всякое писание неправедное раздери. Раздробляй алчущим хлеб твой, и нищия безкровныя введи в дом твой... Тогда разверзется рано свет твой... и слава Божия объимет тебя... Тогда воззовеши, и Бог услышит тя, и еще глаголющу ти, речет: се, приидох (ср.: Ис. 58, 6—9). Видишь, что если будем разрешать всякий союз неправды от всего сердца и спешить на помощь ближнему от всей души, то вскоре просветимся светом познания и славою

Господнею оденемся, вскоре услышана будет молитва наша, и Бог наш всегда будет с нами. Итак, возлюбим друг друга, и сами будем возлюблены Богом, подолготерпим, и Он подолготерпит грехам нашим, не воздадим зла за зло, и Он не воздаст нам по грехам нашим. Прощение грехов наших зависит от прощения братии, и милость Господня к нам сокрыта в милости нашей к ближним. Потому Господь сказал: отпущайте, и отпустят вам (Лк. 6, 37); и: аще отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный согрешения ваша (ср.: Мф. 6,14). И опять: блажени милостивый, яко тии помиловани будут (ср.: Мф. 5, 7); и: в нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7, 2). Вот Господь показал нам образ спасения и дал нам область чадом Божиим быти (Ин. 1,12). Теперь уже в нашей воле состоит спасение наше. Предадимся же Господу всецело, да всецело восприимем Его, покоримся Ему, и Он разгонит всех врагов наших, ибо Сам говорит: аще быша людие Мои послушали Мене, Израиль аще бы в пути Моя ходил: ни о чесомже убо враги его смирил бых (Пс. 80,14—15). Возверзим на Господа всю печаль нашу, и Он избавит нас от всякой скорби нашей. От души возлюбим всякого человека, но ни на кого из них не будем возлагать упования нашего. Ибо, когда Господь хранит нас, тогда друзья наши за нас и все враги наши изнемогают пред нами. Когда же Господь оставит нас, тогда и друзья оставляют нас, и враги преобладают нами. Равно и надеющийся на себя самого падет падением ужасным. Боящийся же Господа вознесется. Потому Давид говорит: не на лук бо мой уповаю, и мечъ мой не спасет мене (Пс. 43, 7). Не будем принимать помыслов, умаляющих грехи наши и тем отдаляющих прощение их. Ибо, если ум наш смущается грехом, это значит, что мы еще не получили прощения их, потому, без сомнения, что еще не сотворили плодов, достойных покаяния, ибо плод покаяния есть бесстрастие души, а бесстрастие — изглаждение греха. Если же мы иногда бываем смущаемы, то, верно, не имеем еще совершенного бесстрастия и еще не получили совершенного оставления грехов. От прародительского греха мы освобождены святым крещением, а от тех грехов, на кои дерзаем по крещении, освобождает нас покаяние. Покаемся убо искренно, да освободимся от страстей и получим оставление грехов. Презрим привременное, дабы, из-за него воюя с людьми, не преступить заповеди о любви к ближним и не отпасть чрез то от любви Божией. Будем ходить духом и не будем совершать похотей плоти. Будем бодрствовать и трезвиться. Отрясем сон беспечности, поревнуем святым борцам и станем подражать их, ради Господа, подвигам. Задняя забывая и в предняя простирался (ср.: Флп. 3,13), с терпением да течем путем горячего и ревностного тщания о воздержании, целомудрии, чистоте, кротости, сострадании, духовном несмущении, сердечной теплоте, нелицемерной любви, нестяжательности, мужестве, благостыне, приветливости. Не будем поблажать склонности к удовольствиям, ни расслабляться помыслами и осквернять совесть свою. Будем иметь мир со всеми и святыню, ихже кроме никтоже узрит Господа (Евр. 12, 14). Ко всему же сему да бежим от мира и миро держателя. Оставим плоть и плотское, и да востекаем к небесному, ибо там жительство наше. Будем подражать Апостолам и всем святым, да достигнем начальника жизни и насладимся в самом источнике — Господе нашем и Боге Иисусе Христе, Которому слава и держава, во веки веков. Аминь».

 

 

 


[ К содержанию: "Палестинский патерик" ]

[ Cкачать книгу: "Палестинский патерик" ]

Читайте также - Древний патерик

Читайте также - Синайский патерик

Читайте также - Скитский патерик

Читайте також - Древній патерик - Джерела Християнського Сходу

Читайте також - Києво-Печерський патерик

Рекомендуйте эту страницу другу!

Подписаться на рассылку




Христианские ресурсы

Новое на форуме

Проголосуй!