Юлианна, или Опасные игры - Глава 10 Жизнь после смерти. Христианство.
И если соблазняет тебя рука твоя, отсеки ее: лучше тебе увечному войти в жизнь, нежели с двумя руками идти в геенну, в огонь неугасимый,                Где червь их не умирает и огонь не угасает.                И если нога твоя соблазняет тебя, отсеки ее: лучше тебе войти в жизнь хромому, нежели с двумя ногами быть ввержену в геенну, в огонь неугасимый,                Где червь их не умирает и огонь не угасает.                И если глаз твой соблазняет тебя, вырви его: лучше тебе с одним глазом войти в Царствие Божие, нежели с двумя глазами быть ввержену в геенну огненную,                Где червь их не умирает и огонь не угасает.               
На русском Христианский портал

УкраїнськоюУкраїнською

Дополнительно

 
Юлианна, или Опасные игры - Глава 10
   

Юлия Николаевна Вознесенская

"Юлианна, или Опасные игры"

Глава 10

А в многоцерковном тихом Пскове жизнь пошла кувырком и дым стоял коромыслом: Юлька с бабушкой собрались лететь в Келпи на выручку Аннушке, и "Анастасия Николаевна срочно продавала дом, чтобы выручить деньги на дорогу, а Юрик Сажин искал для них через Интернет дешевые туристические путевки в Англию. Но сначала, наверное, надо рассказать, каким образом Юрик оказался в Пскове. Однажды зазвонил телефон, и бабушка сняла трубку.

- Здравствуйте, Анастасия Николаевна. Это говорит Юрий Сажин из Петербурга, друг ваших внучек Юли и Аннушки. Можно мне поговорить с Аннушкой?

- Никакой Аннушки здесь нет, молодой человек, а имеется в наличии ваша подружка Юля, - ответила бабушка. - Думаю, вы именно ее имеете в виду, и передаю ей трубку.

Подскочила Юлька.

- Юрик, это ты? Привет!

- Юлька, мне надо на пару дней приехать к вам в Псков, - с ходу заявил Юрик.

- Сейчас спрошу у бабушки. Бабушка, можно Юрик приедет к нам погостить?

-Конечно, можно. Дай-ка мне трубочку. Юрий? Вы показали себя с наилучшей стороны во время вашего дурацкого киднеппинга, так что милости просим! Не стесняйтесь, приезжайте, мы обе будем вам рады.

В лицее Юрик был одним из первых учеников, и поэтому, когда он самолично явился к директору отпрашиваться на три дня "по личным обстоятельствам", директор удивился, но освобождение от занятий дал. Родители Юрика как раз проводили бархатный сезон в Испании, так что дома проблем не возникло, пришлось только соврать надзиравшей за ним родственнице, что он едет с классом на трехдневную экскурсию, и Юрик покатил на автобусе в Псков.

Бабушкин дом он нашел почти сразу. Подошел к калитке и увидел во дворе сваленные в кучу дрова, возле дров пожилую седую женщину, а на самой куче - Юльку.

- На дворе трава, на траве дрова, на дровах - Юла! - крикнул он и вошел в калитку.

- Юрка! - радостно завопила Юлька и кинулась к нему. Она даже хотела его с разбега обнять, но Юрик уклонился и солидно протянул руку для рукопожатия. Потом он подошел к бабушке, поздоровался, представился и заявил, что приехал по поручению нафтанской принцессы.

- Почему же не королевы? - улыбнулась бабушка. - Получить привет от королевы было бы еще эффектнее.

- Это ты про Киру? - спросила Юлька. - Неужели она все-таки стала королевой красоты на каком-нибудь конкурсе?

- Да нет, я не про Киру! Я говорю совсем про другую девочку. Анастасия Николаевна, а как вы догадались, что к вам приехала не Аннушка, а Юлька? Я всю дорогу об этом думал и не мог понять: ведь их родной отец не различает!

- А вот я сразу поняла, кто ко мне явился в гости! - сказала бабушка, гладя Юльку по голове с торчащими крошечными косичками-хвостиками - уступка любимой бабушке.

Анастасия Николаевна не стала рассказывать, что она с первого взгляда, как только внучка вышла из машины, заподозрила подмену, а ночью тихонько подошла к спящей внучке. Юлька спала на животе, и бабушка улыбнулась: именно так Юлька спала и в младенчестве. Она осторожно приподняла одеяло с ее спины, отвела кружевную лямочку ночной рубашки и увидела маленькую родинку на середине левой Юлькиной лопатки. Бабушка снова укрыла внучку, аккуратно подоткнула одеяло и ушла к себе, а потом в своей комнате тихо радовалась и плакала. Радовалась бабушка тому, что перед смертью ей выпало побыть и со второй своей внучкой, а печалилась оттого, что быть-то ей с Юлей осталось совсем недолго. Врачи ручались, что до весны она доживет, а больше не обещали…

- Бабушка такая мудрая! - затараторила Юлька. - Она папе ничего не сказала. Но как только он уехал, она сразу же назвала меня Юлей и заставила рассказать, зачем мы с Аннушкой поменялись местами. Но мне кажется, она была даже рада, что я приехала к ней вместо Аннушки. Правда, бабушка?

- Правда, золотко, чистая правда. Я очень рада, что у меня появилась возможность побыть с тобой вдвоем.

- Это я придумала, бабушка!

- Да уж, конечно, не Аннушка! - засмеялась бабушка. - Так что же это за таинственная принцесса, Юрий? Она что, в одной школе с Аннушкой учится?

- Училась. Смерть отца-короля и государственные дела заставили ее прервать учебу. Она мне позвонила, а потом мы стали переписываться по электронной почте.

- И что эта принцесса пишет про Аннушку? Здорова ли она, хорошо ли учится? - заволновалась бабушка

- Аннушка здорова, а вот с учебой имеются некоторые сложности…

- Оно и понятно. Я всегда была против учебы русских детей за границей. Юношей и девушек поездки за границу развивают, а вот подростков только сбивают с толку.

- Ой, бабушка, это я во всем виновата! - расстроилась Юлька.

- Подожди, стрекоза. Давай сначала Юрия покормим с дороги, а уж потом он нам все расскажет по порядку. Главное - Аннушка здорова. Пойдемте в дом, дети, хватит тут на ветру стоять и разговоры разговаривать.

- А дрова? Ты же сказала, бабушка, что до вечера их надо убрать со двора.

- Как не вовремя их привезли! Ну ничего, дрова подождут. Юрий потом поможет нам снести их в сарай. Поможете, Юрий?

- Само собой.

- Теперь, Юленька, покажи Юрию, где он может умыться с дороги, и дай ему чистое полотенце, а я пойду ставить чай, - и бабушка первая пошла к дому.

- Пошли, Юрка, продемонстрирую тебе наш скромный провинциальный комфорт!

Юлька повела Юрика на веранду.

- Поставь пока сумку на пол. Вот умывальник, вот мыло, а полотенце я тебе сейчас принесу.

Юрик с любопытством оглядел алюминиевый рукомойник, подвешенный над ведром.

- И как же это ты, Юлька, без ванны и джакузи обходишься?

- Ха! Пошли, я тебе покажу, где у нас главные удобства.

- Давно пора.

- Прости, не догадалась. Мог бы и спросить! Они снова спустились с крыльца, и Юлька ткнула пальцем в сторону голубой будочки в углу двора.

- Удобства вон там!

После посещения голубой уборной Юрик умылся с дороги, и бабушка позвала ребят за стол.

Сели пить чай с рябиновым вареньем и пирожками с грибами и луком.

- Между прочим, пирожки я пекла, - доложила Юлька.

- То-то они такие сухие и подгорелые снизу. А начинка вкусная.

- Начинку готовила бабушка, - призналась Юлька. - а тесто у меня почему-то все никак не получается!

- Не расстраивайся, есть можно, - успокоил ее Юрик. И тут же добавил: - Правда, и убить таким пирожком тоже можно.

- Но-но! Ешь пирог с грибами и держи язык за зубами! Как там Кира с Гулей?

- Они тебе привет передают. Скучаешь по ним?

- Немножко скучаю, все-таки с детства вместе. А знаешь, куда я теперь вместо дискотеки хожу по субботам и воскресеньям?

- В церковь?

- Угадал!

- Мы с Гулей тоже воцерковились: на Успенье Божьей Матери ездили во Владимирский собор.

- Причащались?

- Чего-о? - Юрик недоуменно поглядел на Юльку.

- Святых Таинств, - пояснила та.

- Не понял.

- Ну, ты говоришь "воцерковились", на Успенье в церковь ходили. Вот я и спросила, причащались ли вы? Что вы с Гулей в церкви-то делали?

- Купили свечек на тыщу рублей и расставили перед всеми иконами.

- Зачем же так много? - удивилась бабушка.

- А чтоб никому из святых обидно не было.

- Очень надо святым на таких дурачков обижаться! И это ты называешь "воцерковились"? - засмеялась Юлька.

- Уж как сумели, так и воцерковились, - обиделся Юрик. - Ты сама-то давно ли в церковь стала ходить?

- Как будто ты не знаешь, что я еще летом воцерковилась!

- Нет, Юленька, - сказала бабушка, - воцерковилась ты гораздо раньше, сразу после крещения, когда родители впервые принесли тебя на литургию в Божий храм. И это тебя обязывает бережно относиться к тем, кто делает в церкви первые шаги. И никогда - слышишь? - никогда не смеяться, если эти шаги покажутся тебе неловкими! А сейчас, мне кажется, тебе перед Юрием стоит извиниться.

Юлька вздохнула, подчеркнуто неуклюже слезла с табуретки, нарочито шаркая ногами, подошла к Юрику и скомандовала:

- А ну встань! Я у тебя прощения просить буду…

Юрик поднялся, и тут Юлька поклонилась ему в пояс, коснувшись рукой пола, и проговорила:

- Прости меня, грешную! - Но тут же выпрямилась, вся красная то ли от поклона, то ли от смущения, и сердито спросила: - Ну, чего молчишь как пень?

- А что я должен сказать? - окончательно растерялся Юрик.

- Ты должен мне ответить: "Бог простит!".

- Ну, Бог простит…

Бабушка низко наклонилась над столом и закрыла лицо передником, плечи и голова ее мелко тряслись. Потом отняла его и проговорила, вытирая выступившие от смеха слезы:

- Вот теперь я вижу перед собой двух воистину православных подростков, воцерковленных дальше некуда!

- Юрка, а все-таки как это вас с Гулей в церковь занесло? - спросила Юлька.

- Перед Успеньем по телеку один священник выступал и сказал, что русские дети должны воцерковляться, а то у России не будет крепкого поколения православных и она погибнет, - сказал Юрик и добавил, улыбаясь: - Ну, вот мы с Гулей и отправились в церковь спасать Россию.

- А вы с Гулей разве крещеные? - удивилась Юлька.

- Нет, а разве это важно?

- С вами все ясно! - сказала бабушка, покачав головой. - Но поняли вы все правильно, и батюшка тот правду сказал: без православных детей не будет православной России, а другая Россия не нужна ни русским людям, ни Богу. Но креститься вам, Юрик, и подружке вашей надо обязательно.

- Ладно, бабушка, я за этим прослежу, - пообещала Юлька и добавила: - Интересные дела без меня на Крестовском творятся. Вот бы Аннушка обрадовалась!

- Да, Аннушка… - сказал Юрик и отставил чашку. - А ведь у нашей Аннушки в Келпи большу-у-ущие неприятности!

И Юрик рассказал, как в один прекрасный день принцесса Ясмин прислала ему подробное письмо о том, что творится в Келпи. Потом она сделала копию книги о Большом Плане и тоже переслала ее по электронной почте.

- Где письмо? - спросила бабушка.

- Все тут, - Юрик вытащил из своей сумки довольно толстую пачку бумаг. - Вот копии писем принцессы про школу Келпи, а это распечатка книжки, в которой рассказывается, почему и с какой целью создавалась эта школа.

Сначала бабушка с Юлькой прочли письмо Ясмин: Анастасия Николаевна знала английский не хуже Юльки. В письме говорилось, что школа Келпи - школа колдовства, ведьминское гнездо, и сама Ясмин спаслась оттуда чудом, а теперь надо немедленно вызволять оттуда Юлианну-Аннушку. Но сама принцесса сейчас не может отлучиться из Нафтании, у них в стране очень сложная политическая обстановка.

- Не исключено, что принцесса Ясмин скоро станет королевой Нафтании, - пояснил Юрик. - У них как раз решается вопрос о престолонаследии. Дело в том, видите ли, что у Ясмин четырнадцать братьев, но старшие трое - близнецы, и никто во дворце не знает, кто из них родился первым. А Ясмин старше этой проблематичной троицы, и теперь в стране образовалась мощная партия в поддержку нового закона о том, чтобы на престол восходил старший наследник независимо от пола. Это потому, что многие в стране хотят, чтобы королевой стала принцесса Ясмин. Сейчас вся страна бурлит, и пока неизвестно, чем все это закончится. И вот, несмотря на всю сложность политического момента, принцесса Ясмин находит время позаботиться об Аннушке. Она считает, что Аннушку надо срочно спасать из Келпи.

- А наш папа в Японии! - воскликнула Юлька и схватилась за голову. - Что я наделала! Я погубила свою единственную сестру!

- Ты, голубушка, не торопись сестру-то оплакивать, - одернула Юльку бабушка. - Может, это и к лучшему, что в Келпи попала Аннушка, а не ты. Тебе бы там живо заморочили голову, ты натура увлекающаяся. А вот с Аннушкой, видать по всему, ведьмы сладить не могут.

- Ах, бабушка! Она же у нас такая слабенькая, такая хрупкая!

- Ну, это ты, Юлька, врешь: Аннушка духом сильная, - возразил Юрик. - Это она только с виду такая беспомощная, что так и тянет ее от кого-нибудь защитить. Но характер у нее сильный, я в этом убедился.

- Ты всегда был к ней неравнодушен, рыцарь ты наш крестовский! - заметила Юлька.

- Не ехидничай, Юлия! - осадила ее бабушка. - Юрий и в самом деле поступил как рыцарь: другой на его месте просто дождался бы возвращения Дмитрия Сергеевича или переслал бы нам все эти бумаги по почте и успокоился. А вот Юра все бросил и к нам помчался. Вполне рыцарский поступок!

- Благодарю, Анастасия Николаевна, - сказал Юрик и склонил голову.

Юлька немедленно его по склоненной голове погладила, за что тут же схлопотала шлепок по руке.

- Давайте скорей посмотрим, что там за секретные материалы прислала принцесса, - сказала она.

- Книга называется "Большой план. Магло против быдла. История и задачи нового времени". Всю книгу вы сможете потом прочесть. Очень советую - не соскучитесь и мало не покажется! А сейчас я вам прочту главу, где говорится о школах колдовства. Она называется "Большой План и специальные колдовские школы".

Юрик начал вслух читать и тут же переводить непонятные места: он уже успел дома поработать над трудным текстом. Когда была прочитана последняя страница, бабушка сказала:

- Все ясно. Придется мне лететь в Ирландию за Аннушкой.

- Я с тобой! - сказала Юлька. - Бабушка, а где мы денег на дорогу возьмем? Тех, что нам папа оставил, на заграничное путешествие не хватит.

- Деньги на дорогу я, возможно, найду, - в раздумье сказала бабушка. - А вот как нам заказать билеты и визы? Я в этих делах совершенно не разбираюсь.

- Вы к Интернету подключены? - спросил Юрик.

- У нас и компьютера-то нет, - сказала Юлька.

- Какой ужас! Как же вы живете, отрезанные от всего мира?

- Как-то, знаешь, выживаем. Но в городе есть Интернет-кафе, там можно сидеть у компьютера хоть целый день, только деньги плати.

- А зачем вам Интернет, Юрий? - спросила бабушка.

- Ну как же! Надо найти дешевые туристические путевки в Англию, но главное - найти людей, которые смогут вам реально помочь на месте, в Ирландии. И все это можно устроить через Интернет.

- Я думаю, в Ирландии лучше всего сразу обратиться в полицию, - сказала бабушка.

- Не получится, - сказал Юрик.

- Разве в Ирландии нет полиции?

- Наивный вы человек, Анастасия Николаевна. Да полиция вас и слушать не станет! Аннушка находится в школе законно, с согласия отца. Он ведь заплатил за ее учебу, у них документы есть. А школа Келпи, конечно, зарегистрирована как обыкновенная школа-пансион для девочек. Нет, власти нам в этом деле не помогут! Мы должны просто выкрасть Аннушку из Келпи.

- Даже если мы ее выкрадем, то каким образом мы ее вывезем из Ирландии? - спросила Анастасия Николаевна.

- А я знаю, как, бабушка! - воскликнула Юлька. - Очень даже просто: она полетит назад по моему билету!

- А тебя, значит, мы оставим в Келпи, и ты будешь там всяким мерзостям обучаться?

- Ну бабушка! Зачем же мне оставаться в Келпи? Мы найдем в Ирландии каких-нибудь русских, и я поживу у них, пока за мной не прилетит папа. Когда-нибудь же он вернется из Японии!

- Здравая мысль, - заметил Юрик. - За границей везде полно русских эмигрантов.

- А я слышала, что в Англии есть русские церкви, - сказала бабушка, - может быть, они есть и в Ирландии?

- Нам и тут поможет Интернет, - сказал Юрик. - Завтра мы с утра идем с Юлькой в Интернет-кафе - будем искать для вас "горящие" путевки и попробуем отыскать русских священников в Англии и в Ирландии.

- Хорошо, дети, - сказала бабушка. - А я постараюсь завтра же раздобыть деньги на поездку.

- Да это-то совсем просто! - сказала Юлька. - Ты, бабушка, займи у кого-нибудь в долг пару тысяч долларов, а папка потом отдаст.

-Ты думаешь, у меня есть такие богатые знакомые? Мы попробуем еще раз связаться с твоим папой.

Жанна, конечно, знала, в какой стране, в каком городе, и даже в каком отеле сейчас находится Мишин, и она была дома, когда Анастасия Николаевна, скрепя сердце, позвонила ей в Петербург. Но в ответ на просьбу бабушки дать заграничный телефон Мишина она холодно заявила, что Мишин очень занят и не стоит его лишний раз беспокоить по пустякам. Однако, добавила она, если Анастасия Николаевна желает ему что-то сообщить, она может передать это через нее, Жанну. Юлька протянула руку к трубке - уж она бы сказала Жанне, что она о ней думает! - но бабушка отрицательно помотала головой, вежливо закончила разговор и повесила трубку.

- Бабушка, почему ты не дала мне с ней поговорить? Я бы ее заставила сказать, где папа!

Анастасию Николаевну с ответом опередил Юрик:

- Ты что, Юлька, совсем не соображаешь? С Аннушкой Жанна и говорить бы не стала. А если бы ты призналась, кто ты есть на самом деле, она тут же позвонила бы в Келпи и как-нибудь навредила Аннушке.

- Точно… Ну, Жанна, погоди! - пригрозила Юлька. - Вот соберемся мы вчетвером - папа, бабушка и мы с Аннушкой, и разберемся мы с тобой раз и навсегда, мачеха ты наша самозваная, ведьмочка приблудная!

- Нехорошо так говорить, Юленька, не надо обзывать Жанну ведьмой, - укоризненно стала выговаривать Юльке бабушка.

- Скажи, бабушка, а собаку можно называть собакой, или это тоже оскорбление? - негодуя, спросила Юлька.

- Анастасия Николаевна, вы меня извините, но эта Жанна по всем признакам действительно ведьма, - вступился за Юльку Юрик.

Вдруг Юлька ахнула:

- Бабушка, а дрова-то?! Если мы едем за Аннушкой, то надо их срочно в сарай убирать - вдруг без нас дожди нагрянут?

- Юлька, я тебя не узнаю! - сказал Юрик, поднимаясь из-за стола. - Анастасия Николаевна, для меня одежка какая-нибудь подходящая найдется?

- Найдется, Юра.

Дровами занимались до самого вечера, а за ужином снова обсуждали свалившуюся на них беду и разошлись спать расстроенные.

- Утро вечера мудренее, - сказала бабушка, перекрестив обоих на ночь. - Постарайтесь, ребятки, спокойно уснуть и выспаться - завтра у нас будет трудный день.

Утром Юрик с Юлькой сразу после завтрака ушли в Интернет-кафе, а бабушка отправилась совсем недалеко - к соседу, живущему через забор. И пошла она к нему не с пустыми руками: она взяла с собой медицинскую карту и рентгеновские снимки, а также документы на владение домом и земельным участком. Разговор с соседом был долгий и обстоятельный. Потом они вместе поехали в центр города и там несколько часов ходили по разным учреждениям, стояли в очередях и подписывали какие-то бумаги. Бабушка продала соседу свой дом очень дешево, но с условием - и условие это было зафиксировано у нотариуса, - что она останется в нем жить до самой своей смерти. Оба были уверены, что ждать соседу придется недолго, скорее всего, только до весны.

Бабушка вернулась домой только к обеду и, несмотря на усталость, принялась хлопотать у плиты. Вскоре подошли Юлька с Юриком.

- Бабушка, у нас полный порядок. Юрик все устроил через Интернет, он даже заплатил задаток в туристическое бюро - мы с тобой должны ему сто долларов. В Петербурге нам сделают срочные визы за 24 часа, и послезавтра мы можем лететь! В Лондоне нас встретит русский священник отец Трофим. Завтра нам надо быть в Питере, послезавтра самолет Санкт-Петербург - Лондон, а оттуда мы летим в Дублин. - Юлька спешила все поскорей выложить бабушке, но вдруг осеклась и внимательно на нее поглядела. - Бабушка, а что это с тобой? Ты какая-то жутко бледная, у тебя вон пот на лбу. Ты у меня не заболела?

- Нет, детка, я просто очень устала. Мне сегодня пришлось много ходить.

- Ой, как мне твой вид не нравится, бабушка! А может, нам с Юриком лететь в Ирландию? Билеты ведь можно обменять…

- Не дури, Юля. Никто вас одних даже в самолет не пустит. И Юра никак не может лететь в Англию без позволения отца.

- Правда, не могу, - вздохнул Юрик. - Отец меня не отпустит одного за границу, да он и сам сейчас в Испании, отдыхает в Алтейе: там у него друг-одессит дядя Миша строит русский храм.

- Православный русский храм?

- Ну да, храм Архистратига Михаила.

- Замечательно! Так ваш папа отправился ему помогать?

- Ну да. Отец сказал, что не всякому русскому выпадает строить храм, так надо воспользоваться случаем. К тому же дядя Миша его деловой партнер.

- Вот как… Но раз отца нет на месте - значит, нет и разрешения на поездку. Кроме того, нам нужно, чтобы вы, Юра, были в Петербурге к возвращению Дмитрия Сергеевича: вы должны будете ему все рассказать, если мы с Аннушкой до того не вернемся.

- Я понимаю, - кивнул Юра. - Анастасия Николаевна, может, вам и правда прилечь?

- Да. Я, ребятки, в самом деле, пойду к себе и полежу, а вы без меня обедайте. Юленька, ты после обеда вымой посуду и потом собирайся в дорогу: завтра с раннего утра поедем на вокзал.

Бабушка ушла к себе в комнату.

- С ней часто такое бывает? - тихо спросил Юрик.- Бывает… - вздохнула Юлька. - Не разболелась бы она… Как плохо, когда рядом нет папы!

И все-таки на другой день они отправились спасать Аннушку. Но бабушка была все так же бледна в поезде, еще бледнее в самолете, хотя упорно уверяла Юльку, что с ней все в полном порядке - просто она волнуется за Аннушку.

В Лондоне их встретил русский священник отец Трофим.

- Я от Юрия Сажина, - представился он. - Он мне сообщил номер вашего рейса и время прилета. Сейчас поедем ко мне, матушка моя уже стол накрыла, - пригласил он путешественников, но бабушка заявила:

- Ни минуточки мы терять не можем, дорогой отец Трофим! Юрий вам рассказал, в чем дело?

- В самых общих чертах. Он сказал, что ваша внучка попала в беду в Ирландии. А внучка уже взрослая?

- Такая же пигалица, как эта. Они у меня близнецы.

- Боже мой! Как же она попала одна в Ирландию?

- Поехала учиться в привилегированную закрытую школу, а школа оказалась заведением, в котором девочек обучают магии и колдовству.

- Какой кошмар, спаси Господи! Ну, тогда я не смею вас задерживать. Идемте покупать билеты в Дублин, а потом, когда мы уже будем знать рейс, я позвоню моему другу, дублинскому священнику, и он вас встретит в аэропорту. Отец Василий уже наготове и только ждет, чтобы я сообщил ему время вашего прилета.

В Дублине их встретил отец Василий и повез к себе. По дороге он не задавал им никаких вопросов, кроме самых обычных: как долетели, хорошо ли кормили в самолетах?

Вся семья отца Василия была в курсе событий и радушно встретила бабушку с внучкой. Только Андрюша уставился во все глаза на Юльку и, знакомясь с нею, как-то уж слишком выразительно проговорил:

- Я Андрей! У меня лодка есть. Синяя, "Апостол Андрей" называется…

- Очень рада, что у тебя лодка есть, - ответила Юлька, пожала плечами и отвернулась от назойливого мальчика.

- Не приставай к девочке, Андрюша, она устала, - одернула его матушка и повела гостей мыться и отдыхать с дороги.

Вечером, когда все собрались за чаем, отец Василий попросил гостей подробно рассказать, какая забота привела их в Ирландию. Бабушка велела Юльке достать папку с материалами от принцессы Ясмин. И опять все по кругу просматривали листки из книжки о Большом Плане. Прочитать всю книгу, конечно, они не могли, просмотрели лишь отдельные главы, но все очень скоро поняли, в какую беду попала Аннушка. Особенно ужасалась матушка:

- Господи, что ж такое творится в этом мире! Не знаешь, как детей уберечь!

- Да, оккультизм на Западе расширяет свои границы, и за детей борьба пошла в открытую, - сказал отец Василий. - И что же нам теперь делать? Как мы будем искать эту школу Келпи?

- Скажите, а как зовут вашу внучку? - спросил вдруг Андрюша, младший сын отца Василия.

- Зовут ее Аннушка, - сказала бабушка, - но в школе этой ее знают как Юлию.

- Нет, бабушка, я думаю, в школе она назвалась Юлианной, как мы договорились. Юлианна Мишина.

- Я знаю вашу Юлианну, - сказал Андрюша. - Папа, ты помнишь Золушку, которую я встретил на берегу реки?

- Помню, сынок.

- Она сказала, что ее зовут Юлианна Мишина.

И Андрюша рассказал о своей встрече с Золушкой.

Юлька слушала его, а из глаз у нее ручьями текли слезы.

- Бабушка, ты только подумай! Они заставляют ее носить лохмотья и делать метелки на продажу!

- Ну, это, Юленька, еще не самое страшное, это даже хороший знак: раз они ее держат в черном теле, значит, Аннушка не поддается их влиянию. Так ты знаешь, где находится школа Келпи, Андрюша?

- Нет, не знаю, - вздохнул Андрюша. - Про это мне Золушка ничего не сказала, даже проводить ее не разрешила. Я уплыл по реке, а она ушла по дороге… Потом я еще два раза ездил на дачу специально, чтобы ее встретить, но она к старой иве больше не приходила. Я даже ей записку на фанерке написал со своим телефоном и повесил на иву, но она не позвонила.

- Я думаю, надо сделать так, - объявила бабушка. - Андрюша покажет нам место, где он встретился с Аннушкой, и мы с Юлькой обыщем окрестности, порасспрашиваем жителей. Не под землей же эта школа, в самом-то деле! Завтра же едем туда. Отец Василий, отпустите с нами Андрюшу?

- Я и сам поеду с вами, - сказал отец Василий. - Андрея, конечно, возьмем с собой и начнем искать с того места, где он встретил Золушку.

Андрюша подумал и сказал:

- Знаешь, пап, а можно сделать по-другому.

- Это как же?

- А вот как. Юлианна сказала мне, что на Хэллоуин вся их школа отправится в городок на нашем берегу реки. Она говорила, что мы можем с ней в этот день увидеться. Мы даже назначили время и место встречи: ровно в пять возле ратуши, под часами.

- Андрюша! - воскликнула Юлька, бросилась к мальчику и расцеловала его в обе щеки.

Андрюша нахмурился, потом вытер левую щеку о левое плечо, а правую - о правое, и сказал:

- Сегодня двадцать седьмое, а Хэллоуин будет тридцать первого, так что ждать совсем недолго. Тридцать первого поедем в город и будем ждать Юлианну возле ратуши.

- Очень разумный план. Вот так мы и поступим, - сказал отец Василий. - Обычно мы в этот день с утра служим в церкви панихиду по убиенному брату Иосифу, Хранителю Иверской мироточивой иконы [19]: он ведь был замучен и убит именно в Хэллоуин. А потом уж мы стараемся из дома не выходить.

- Отец Василий очень дружил с братом Иосифом, - пояснила матушка Елена.

- Да, так оно и было, - вздохнул отец Василий. - Святой был человек! Но на этот раз мы сделаем исключение: через три дня мы с утра отправимся все вместе к нам на дачу, а оттуда поедем в соседний городок. И мы не уедем оттуда, пока не разыщем вашу внучку, дорогая Анастасия Николаевна!

- Спасибо, - сказала бабушка. - Как хорошо, что мы встретились, отец Василий!

- Да, и это, конечно, не просто так случилось, что ваш петербургский друг Юрий Сажин через Интернет вышел на моего старого друга отца Трофима, а до этого мой Андрей будто бы случайно познакомился на берегу с Аннушкой. Таких случайностей не бывает: нам явно помогают Ангелы, а им это поручено самим Господом. Но нам еще наверняка предстоит борьба за вашу Аннушку, келпинские ведьмы не захотят ее так просто из рук выпустить. Дорогие мои, помните, против какой силы мы выходим сражаться! Мы должны как следует вооружиться. Я предлагаю всем нам объявить на ближайшие дни строгий пост и усилить свои молитвы, а я буду в это оставшееся время каждодневно служить литургию. Благословляю всех прямо сегодня исповедаться и до поездки каждый день причащаться. И будем молиться мученику брату Иосифу, чтобы он помог нам в Хэллоуин отбить от бесов отроковицу Анну.

И Юлька, и вся семья отца Василия - три старшие девочки, матушка и Андрюша, все согласились поститься ради спасения Аннушки. А бабушка… Что ж, откроем бабушкин секрет: она решила все эти дни не есть вообще ничего, кроме одной просфоры в день, и ничего не пить, кроме теплоты после причастия да трех глотков святой воды на ночь. И можете не сомневаться, бабушка этот строжайший пост выдержала!

А что в это время происходило в Келпи? В Келпи готовились к Хэллоуину, готовились теоретически и практически. Преподаватель истории магии Финегас прочел целую лекцию, посвященную приближающемуся празднику.

-Хэллоуин - один из древнейших праздников магов и неоргаников, - рассказывал он первокурсницам. - Его настоящее название - Самхэйн. В эту ночь древние кельты прославляли языческого бога Самхаина, Повелителя Смерти. В канун Самхэйна друиды приказывали всем жителям загасить очаги в жилищах и не зажигать ни светильников, ни костров. Быдлики сидели по домам в темноте, закрыв все двери и окна, и дрожали от страха. Вечером тридцать первого октября друиды зажигали огромный костер и на нем приносили жертвы богу Самхаину. Когда костер догорал, угли от него жители разносили по домам и снова зажигали очаги и светильники. Этот огонь следовало Хранить весь год, до нового Самхэйна, и все, что люди готовили на том огне, - все посвящалось, таким образом, Повелителю Смерти.

- А какие жертвы приносили друиды, господин Финегас? - спросила Филида.

- Обыкновенные, человеческие. Люди охотно жертвовали божеству Смерти своих детей, часто самых любимых; за это Повелитель Смерти даровал роду удачу, а главе рода - долгожитие. Потом народ испортился, и в жертву стали приносить сначала рабов, а позднее животных.

- А теперь приносят жертвы Самхаину?

- Все, что люди кидают в самхэйнские костры, или, если хотите, в хэллоуинские, на магическом уровне является жертвой Повелителю Смерти. Правда, теперь ему чаще всего приносят в жертву ненужные вещи: старую мебель, журналы и газеты, да еще поджаривают на угольях сосиски. Теперь редко где празднуют Самхэйн по-настоящему, и в этом смысле наш городок счастливое исключение: в Ирландии только у нас главный костер зажигает настоящий друид, и только у нас… Что ты хочешь спросить, Милли?

- Ой, господин Финегас, я уже давно хотела узнать, откуда взялся обычай вырезать смешные рожицы на тыквах и зажигать внутри свечу?

- Этот обычай пошел от кузнеца по имени Джек. Этот самый Джек был таким грешником, что даже ад не захотел его принять, и ему было назначено скитаться по земле до самого Страшного суда. Люди не пускали его на порог, и несчастный, всеми отвергнутый и озлобившийся Джек бродил по земле, освещая себе путь тыквой с горящим угольком внутри, а люди, завидя его, закрывали двери своих домов и не пускали его на порог. Если же ему удавалось обманом проникнуть к кому-нибудь в дом, то на другой день соседи находили всех его обитателей мертвыми.

- А кузнец Джек и сейчас бродит по земле?

- Надо полагать, поскольку Страшного суда пока что не было. Так что, мышки, будьте внимательны, когда кто-нибудь подходит к вам с горящей тыквой в руках!

- Ой, как здорово! Ой, как страшно! - визжали первокурсницы.

- А тыквы-фонари ставят на окна, чтобы показать: вечный Джек у нас уже побывал, всех погубил и ушел, оставив фонарь, - чтобы он не забрел во второй раз.

- Bay! - радостно ужаснулась Милли. - Господин Финегас, а вы пойдете с нами на Хэллоуин в город?

- Да, пойду. Вообще-то я избегал самхэйнских костров с той поры, как в жертву Богу Смерти стали приносить животных, но в последнее время кое-что изменилось к лучшему.

- Вы так любите животных, господин Финегас?

- Животных я люблю. Но перестал ходить на Хэллоуин не из жалости к ним, а потому, что считаю животные жертвоприношения неправильными. Дело в том, что приносящие жертвы друиды впитывают энергетику сжигаемых. А зачем, скажите на милость, мне сдалась энергетика сельскохозяйственных животных - козлом прыгать и бараном упираться? А уж теперь, когда на кострах сжигают всякий мусор, возле них порядочному друиду и вовсе делать нечего. Конечно, когда горят связки старых писем, их дымком можно полакомиться: я, мышки-малышки, имею в виду ту легкую и приятную энергетику любви и дружбы, которой в старину люди обменивались в письмах. Но вы этого не поймете, теперь таких писем не пишут, а с любимыми и друзьями болтают по телефону. На кострах теперь сжигают пачки старых журналов и прошлогодние телефонные книги - ну какая от них может быть энергия? Так, психомусор суеты человеческой. А в прежние далекие времена люди даже не всякую древесину использовали для костров Самхэйна. Нет, мышки, я выхожу к этим кострам лишь тогда, когда твердо уверен, что в жертву будет принесено благородное животное или человек.

- А разве такое бывает сейчас, чтобы сжигали человека?

- Случается, но очень, очень редко. О таком событии заранее оповещаются все маги, и они летят на такой костер, как мотыльки на свет. Теперь в местах обитания магов на самхэйнском костре чаще сжигают специально подобранное животное: например, собаку - друга семьи, чью-то любимую канарейку или кошку. Хорошо, например, когда в жертву Самхаину приносится пес, спасший своего хозяина от гибели, - такая жертва весьма угодна Повелителю Смерти. Но после успешного завершения Большого Плана, я думаю, маги вернутся к практике человеческих жертвоприношений.

Кажется, всем келпинкам нравились рассказы Финегаса о Хэллоуине-Самхэйне, и только Аннушка стала еще больше бояться праздника нечистой силы. Она, конечно, решила на праздник не ходить.

Келпинки мастерили себе наряды ведьм, чертей, мертвецов, привидений, вампиров и прочей нечисти. Привезли огромный ящик тыкв разных сортов и размеров и поставили его в Каминном зале: все ученицы могли выбрать себе тыкву для изготовления фонаря по своему вкусу. Вечерами в окнах школы светились жуткие оранжевые головы с горящими глазами и щербатыми ртами.

- Наша процессия на празднике будет самая роскошная, - заявила Аннушке Дара. - Знаешь, почему?

- Почему?

- Потому что наши фэйри будут сопровождать нас. Для них это почти единственная возможность открыто появиться среди людей. С нами пойдет даже дракон Диамат, и на этот вечер в сиде выключат отопление.

- А люди не разбегутся при виде дракона?

- Да никто из быдлов не поверит, что это настоящий дракон! На Диамате будут ехать наши преподавательницы, и быдлы подумают, что это просто карнавальная колесница в виде дракона. А боугов, гномов и лепрехунов глупые быдлики принимают за маленьких детей, наряженных в сказочные костюмы. Даже Келпи выйдет в город. Вот будет весело, вот будет потеха!

Аннушка не думала, что это будет так уж весело, если плотоядная лошадка Келпи заявится в город и начнет там охотиться на собак и кошек.

- А еще мы будем играть в "Угощай или пожалеешь!", - в упоении продолжала Дара. - Мы станем стучаться в двери домов, в окна автомобилей и требовать угощений и денег, а если кто откажется, мы имеем право жадину наказать.

- Как это - наказать?

- Да как угодно! И наказание должно быть по-настоящему вредным. Можно, например, ветровое стекло автомобиля испортить белой краской. Знаешь, как это делается? Выдуваешь яйцо и наполняешь скорлупу масляной краской. Бац! - и все стекло заляпано! А дверную ручку дома, откуда нам ничего не вынесли, можно вымазать какой-нибудь гадостью. Я вот наберу пластиковый мешочек сажи из камина. Утром жадные люди возьмутся за ручку - вымажутся сами и одежду перепачкают! Здорово, да?

- По-моему, совсем не здорово.

- А что? Ты можешь предложить что-нибудь похлеще?

- Мне кажется, если тебя не хотят угощать, то лучше просто извиниться и уйти. Может быть, у людей в доме беда или кто болен? Может, им просто не до гостей или у них нет денег на угощение.

- Дурочка, это же Самхэйн-Хэллоуин! Порядочные люди заранее покупают сласти и меняют деньги, чтобы не нарываться на неприятности. Ты, пожалуйста, глупостей не говори, а лучше подскажи, какого цвета вуаль прикрепить к моей ведьминской шляпе? - Дара мастерила из картона высокий ведьминский колпак. - Да, послушай, Юлианна, а где же твой костюм для Хэллоуина?

- Не надо мне никакого костюма. Я вообще не пойду с вами в город.

- Это еще почему?

- Мне не нравится этот праздник.

- Да ты что, Юлианна? Хэллоуин - это самое лучшее, что Ирландия подарила человечеству!

- Разве это не американский праздник?

- Ха! Да если ты хочешь знать, наш Хэллоуин гораздо старше самой Америки! Это наши эмигранты привезли Хэллоуин в Соединенные Штаты, а уже оттуда он разошелся по всему миру. И как это можно по собственной воле пропустить такой праздник?

- Значит, можно, - сказала Аннушка и полезла на свою кровать. Там она задернула полог и вытащила из-под матраца книжку про БП. И надо же было случиться так, что она именно в этот вечер набрела на главу "Праздники магла и быдла". Там она с удивлением прочла, что БП всячески приветствует празднование Рождества. Но затем авторы книги разъяснили, что в Западной Европе темным силам удалось праздник Рождества превратить из христианского праздника просто в крупный осеннее-зимний торговый праздник, торговой маркой которого стал Санта-Клаус, давно не имеющий ничего общего со святителем Николаем. "Маглы веселятся и покупают подарки, но большинство из них уже не помнит, чье рождение они якобы празднуют. Таким образом тайно осуществляется глумление над одним из двух главных праздников христиан. Но со временем мы добьемся, чтобы этот праздник был переименован и назывался не Рождество, а просто Торжество".

Несколько следующих страниц были посвящены рассказу о том, как маги приучили быдлов праздновать 1 мая - второй по значению языческий праздник, по-гэльски называемый Бельтайн, весенний праздник нечистой силы. И наконец, авторы перешли к рассказу о Хэллоуине. Одно место в этой главе показалось Аннушке особенно важным:

"До сих пор из-за сопротивления Православной Церкви и находящихся под ее влиянием антимагловских сил нам не удается достаточно широко распространить празднование Хэллоуина в Греции, России, Болгарии, на Украине и других странах, все еще находящихся под влиянием глубоких христианских традиций. Между тем для формирования у детей нужного психологического архетипа поведения Хэллоуин играет первостепенную роль. Для детей активных, возбудимых, склонных к театральности эмоциональное переживание во время исполнения ими ролей демонов, чертей, монстров и привидений ведет к идентификации себя с этими персонажами. Хэлоуин не просто учит ребенка не бояться нечистой силы, но прививает ему демонофилию - любовь к демонам. У ребенка, постоянно участвующего в праздновании этого бесценного для нас праздника, исчезает заложенное природой чувство самосохранения от влияния темных сил. Действуя не всерьез, считая это веселой игрой, дети быдликов во время Хэллоуина призывают силы зла, и состояние их душ при этом таково, что они широко открываются влиянию демонических сил. В дальнейшем это значительно упрощает влияние высших неоргаников - в христианском просторечии "бесов" - на податливые души детей, вплоть до вселения в них. Дети не знают, что "бес" не может войти в человека без его согласия. Но когда человек устремляется ему навстречу, идентифицирует себя с "бесом" даже в виде игры, шутки, этот барьер благополучно преодолевается - и "бес" вселяется в ребенка".

"Как страшно, - подумала Аннушка, закрывая книгу дрожащими руками и пряча ее под матрац в ногах. - Ни за что я не пойду на этот их Хэллоуин!"

 


[19] Брат Иосиф - Иосиф Муньоз Кортес, испанец православного вероисповедания, монах в миру, хранитель чудотворной Монреальской Иверской иконы Божией Матери, списанной на Афоне в 1981 г. греческим монахом с образа Богоматери Иверской Вратарницы. В ночь с 30 на 31 октября, накануне языческого праздника Хэллоуин или Самхэйн, хранитель иконы Иосиф Муньоз был убит, а чудотоворная икона бесследно пропала при загадочных обстоятельствах.

[ Назад ]     [ Содержание ]     [ Вперед ]


Юлия Вознесенская - "Юлианна, или Опасные игры"

[ Cкачать всю книгу ]


Рекомендуйте эту страницу другу!








Подписаться на рассылку




Христианские ресурсы

Новое на форуме

Проголосуй!