Христианская библиотека. Как живут наши умершие и как будем жить и мы по смерти. Жизнь после смерти. Христианство. Христианская библиотека - Жизнь в геенне - вечная смерть
Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я - медь звенящая или кимвал звучащий.                Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так - что могу и горы переставлять, а не имею любви, - то я ничто.                И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, - нет мне в том никакой пользы.                Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится,                Не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла,                Не радуется неправде, а сорадуется истине;                Все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.                Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится.               
На русском Христианский портал

УкраїнськоюУкраїнською

Дополнительно

 
Жизнь в геенне - вечная смерть
   

Определение второго периода жизни в геенне.
Жизнь в геенне — вечная смерть.
Описание жилища погибших. Геенна.
Степени и вечность мучения.
Совершенное, полное, внутреннее и внешнее мучение.
Отличительный характер геенской жнзни второго периода.
Загробная жизнь самоубийц.

После праведнейшего суда Божия осужденные, услышав последнее решение: идите от Меня проклятии в огнь вечный, уготованный диаволу и его ангелам, — пойдут в место вечной своей погибели, на место вечного наказания — в геенну. С сего момента наступит для сих несчастных душ второй период их вечного страдания, вечного мучения и душе и телу, полное, совершенное мучение для человека-грешника. Осужденные, хотя и вместе пребывают как в первый, так и во второй периоды, однако, пребывая вместе, лишены возможности, удовольствия видеть и познавать друг друга, потому что состояние осужденных лишено решительно всякой и тени радости. Геенское состояние совершенно лишено света, там нравственная, духовная тьма, потому что имеющие наследовать ее, то есть делающие (на земле) "злая, ненавидят света" (Ин. 3, 20).

Неверие есть причина погибели человека. Понятие погибель безусловно принадлежит состоянию душ в геенне. Сюда поступают плотоугодники, чревоугодники и самоугодники: "Их конец — погибель, их бог — чрево, и слава их — в сраме, они мыслят о земном (Флп. 3,19) и "сердце их ожесте аки камень" (Иов 41, 16). Следовательно, жертвою геенны будут все не верующие в Господа Иисуса Христа, Сына Божия, ради нас человеков пришедшего на землю, и как Сам учил: "иже не имет веры, осужден будет" (Мк. 16, 16) и неверующий уже осужден, еще будучи на земле. Основанием вечного мучения служит совершенное удаление сих душ от Бога. Вечного, ибо, как свидетельствует наука, на земле есть только время, а за пределами ее —

Во всем решительно в геенне мы находим противоположное раю. Как дню противоположна ночь, жизни — смерть, добру — зло, свету — тьма, богатству — бедность, здравию — болезнь и т. д., следовательно, из всего того, что апостол Павел сказал нам о рае и его красотах, все противоположное сему должно относиться к геенне, к состоянию, которое было приготовлено Богом не человеку, а диаволу. Там награда, здесь же наказание, там радость, здесь же печаль и т. д. Короче: как решительно человек не может составить себе понятие о рае и его блаженстве, так точно, следовательно, он не может себе представить геенны и всех ее ужасов. Ежели отвратителен и нестерпим порок, то в какой же степени отвратительности и невыносимости должен быть для них отец его диавол со своими служителями? Каково же должно быть сообщество с ними? По обличении на праведнейшем суде грешников в неестественной земной жизни они "пойдут в муку вечную", чтобы вкушать плоды своего неверия, ибо одна только деятельная вера в нашего Искупителя Господа Иисуса Христа и спасет человека.

Состояние осужденной души, по учению Священного Писания, вообще называется состоянием смерти, смертию души, что бывает на земле с каждою душою после грехопадения до восстания — нравственного воскресения, происходящего от веры и исповедания сего греха; а в отличие от смерти тела загробное состояние неочистившейся души называется второю смертию (Апок. 21, 8), вечною смертию, вечным умиранием.

Из понятия о вечности следует понятие "вечная жизнь" — не престающее никогда развитие или добра, или зла. Не престающее никогда развитие только в направлении зла составит жизнь потерянных для Царствия Небесного. Деятельность ума, воли и сердца развивается только в направлении зла, то есть предмет их деятельности — зло. По учению Самого Господа Иисуса Христа, это состояние души в геенне есть состояние вечного плача, скрежета зубов, состояние отчаяния и вечной погибели: 'Ту будет плач и скрежет зубом" (Мф. 8, 12; 13, 42-50; 25, 30; 22, 13).

Вот как рассуждает о состоянии отверженных душ во втором периоде Златоустый: «Когда отойдем туда, то, если покажем и самое сильное раскаяние, никакой уже не получим от того пользы; но, сколько ни будем скрежетать зубами, сколько ни будем рыдать и молить тысячекратно, никто и с конца перста не капнет на нас, объятых пламенем; напротив, мы услышим то же, что и несчастный богач в аду, — что "пропасть велика между нами и вами утвердися"... Будем скрежетать зубами от страданий и мук нестерпимых, но никто не поможет. Будем крепко стенать, когда пламень сильнее станет охватывать нас, но не увидим никого, кроме мучимых вместе с нами злых духов и кроме великой пустоты. Что сказать о тех ужасах, которые мрак будет наводить на наши души!»

"Каково будет, — говорил также другой святой отец, — состояние тела у подвергшегося этим нескончаемым и нестерпимым мучениям там, где огонь неугасимый, червь бессмертно мучительствующий, темное и ужасное дно адово, горькое рыдание, необычайные вопли, плач и скрежет зубов, и нет конца страданиям! От всего этого уже нет избавления, нет ни способов, ни возможности избежать горьких мучений" (Богословие Макария, архиепископа Харьковского, с. 659).

Состояние души или жизнь в геенне, противоположная райскому состоянию душ или жизни в раю, может быть исключительно только познана чувствами внутренними и внешними, производящими в душе впечатления, лишенные мира и радости, преисполненные скорби, сетования, ожесточения, озлобления и ужасного отчаяния, обращающегося в злобу, зависть и ненависть как против Бога, так и против святых духов и душ. Сознание своего прошедшего, непрестанное угрызение совести, то есть самопознание и самоосуждения: "мы достойны этого по делам и жизни нашей", как открылось самопознание и самоосуждение благоразумному разбойнику на кресте. Мрак, скрежет зубов, неразрешимые узы, неумирающий червь, неугасающий огонь, скорбь, теснота и страдания — вот вечный будущий удел нераскаянного грешника в геенне.

Авва Евагрий между прочими своими наставлениями советовал монахам, пребывая в келий, быть в умственном делании, представляя себе ужасное состояние душ, заключенных навеки в геенне. "Помысли, в каком положении находятся теперь низвергнутые туда души! В каком горьком молчании они пребывают там! Как они стонут ужасно! В каком они страхе и мучении, в каком отчаянии, в какой печали, в каких бесконечных слезах! Приведи себе на память виды вечных мук, огнь неугасающий, червь неумирающий, мрак тартара, скрежет зубов" (Избранные изречения святых иноков еп. Игнатия, с. 103).

Что же касается до места геенны во вселенной, сей вопрос решим словами Златоустого, что не много принесет духовной пользы знание места во вселенной, где именно будут осужденные страдать или мучиться бесконечно. Довольно для христианина знать, что действительно такое место есть и тень его можем усмотреть внутри нас. Не будем искать места, где находится геенна, это нам и не поставляется в обязанность, но постараемся исполнить закон — обязанность христиан: не иметь ничего общего с геенной и возненавидеть все геенское как неестественное человеку; заботиться единственно только о том, чтобы избежать по смерти геенны, а не о том, где она находится во вселенной.

Учение об аде в обширном смысле, вообще как о месте осужденных, есть догмат общечеловеческий; свидетельством этому служат дошедшие до нас письменные памятники времен древних, средних и новых. Не одни христиане, но и язычники учение об аде возвели на степень догмата. Религиозные представления ада всего человечества всех времен и мест, греческих и римских поэтов и философов древности, писателей средневековья, ученых времен новых и представление ада нынешних дикарей составляют подробную картину ада и жизни в аду как состояния душ, осужденных на вечное мучение. Вот картины ада, выражающие сознание человека о сем загробном состоянии разных времен. Каждое племя, каждый народ, каждый человек имеют понятие о добре и зле, хотя это понятие относительное и зависит от многих причин. Как за добродетель за гробом обещается награда, так за порок — там наказание. Ад, по понятиям почти всех древних народов, находится под землей (в центре земли). Им управляет или царь, или царица. Так, у гренландцев адом управляет царица, напоминающая Прозерпину древности, восседающую на троне в глубине пещеры. Ее окружают разные морские чудовища. Душа наказывается или тем, что отдается в пищу демонам, или, продолжая свое несчастное существование, принуждена бывает питаться змеями, насекомыми, ящерицами. Наказанием по смерти для злых людей, по представлению некоторых языческих верований, например греков (Платон выразил эту мысль в "Федоне"), было возвращение на землю, где души обрекались на скитание около своих жилищ и, по усвоенному ими злому характеру, продолжали и по смерти делать зло живым, наводя на них разного рода страхования. Некоторые племена негров верят, что злые души под влиянием злых духов принуждены в наказание за свою злую земную жизнь наполнять воздух шумом и смущать сон людей, которых они ненавидели при жизни. Здесь начало заклинаний (некромантия), к которым прибегали живые, чтобы сделать милостивыми такие блуждающие злые души. Лактанций говорит, что солнце, луна и многие из небесных светил, по мнению древних, считались обителями, в которых грешники страдают за свои грехи. Такое воззрение на загробную жизнь древних свидетельствует, что им была известна истина продолжения за гробом развития нравственного состояния души и вечность награды и наказания.

Вот подробная картина древнего языческого ада, как повествует о нем самовидец Феспезий: «В момент моего падения с довольно высокого места я совершенно потерял чувство, и в таком положении бесчувственности пробыл трое суток. Меня приготовились хоронить, но не успели, потому что я очнулся как бы от продолжительного сна. Состояние, в котором была душа в течение трех суток, знаменательно. Во время падения мне живо и ясно представилось, что меня бросили в море. После нескольких мгновений бесчувственности я увидел себя в новом мире. Пространство, в котором, казалось, я находился, все исполнено неимоверной величины светилами, разделенными между собою огромными пространствами. Светила бросали ослепительный переливаясь изумительными цветами, и моя душа, как легкая ладья, неслась по световому океану быстро и покойно. Здесь видел я души умерших, которые принимали форму огненных пузырей, поднимались на воздух и здесь лопались, и из них выходили души в образе человека весьма малого объема. Одни из этих душ легко и быстро по прямой линии поднимались вверх, другие же не так легко поднимались, но вместе и кружились и поднимались. Из множества душ я заметил одну и узнал в ней одного из моих родственников, который умер во время моего детства. "Здравствуй, Феспезий", — наконец сказала мне эта душа. Я же, удивленный, ответил: "Меня зовут Аридей, а не Феспезий". — "Но это ваше первое имя, — продолжала душа, — а теперь вас зовут уже Феспезий, так как, по воле богов, вы умною частию души здесь, в новом, загробном мире, а прочие силы души остались при теле на земле". Путешествуя далее в загробном мире, я видел высокую гору, назначенную для грешников. Наконец я услышал голос женщины, прорицающей стихами будущее. Это — сивилла. Между предсказаниями она говорила о моей смерти. Быстро летала моя душа, однако я заметил многие озера, из коих одно клокотало расплавленным кипящим золотом, другое — свинцом, который был холоднее льда, третье — весьма твердым железом. Духи охраняли сии озера, имея в руках своих клещи. В озерах сих страдали души жадные, ненасытные. Приставленные здесь духи клещами вынимали души из первого озера раскаленными докрасна и бросали во второе озеро, где они тотчас же охладевали и делались твердыми и холодными, как лед. Отсюда перекидывались в третье озеро, где становились черными. Духи твердые, почерневшие души раздробляли на мелкие части и опять бросали в золотое озеро. Невыразимые страдания терпели здесь несчастные души. Я видел и то загробное место, из которого души возвращаются на землю. Здесь силою заставляют души превращаться во всевозможных животных. Здесь я видел душу Нерона, пригвожденную раскаленными гвоздями. Духи ее вертели, придавая форму ехидны, в которой она должна явиться на земле».

Гомер представил свой ад в двух различных формах: в Илиаде ад — обширное подземелье, и в Одиссее ад —страна отдаленная, таинственная, находящаяся на окраинах земли, за океаном, в стране киммерийцев.

Ад Гомера есть выражение народного представления ада того времени. На ад смотрели, как на копию с земного мира, на копию, которая приняла особый характер. Философы думали и учили, что ад был одинаково удален от всякого места на земле. Цицерон, желая показать, что все равно, где ни умереть, говорит: "Где бы человек ни умер, отовсюду одинаково далеко до ада".

Как христиане, так и язычники, помещая ад во внутренности земли, имели и имеют его описания. Греческие поэты и римские философы оставили нам довольно подробные описания этой таинственной страны, страны вечной скорби. Так, греческие поэты писали, что входом в ад служит река Лета со стороны скифов; в Лоадикии в ад проходили чрез пасть Плутона; около Лакедемонии — чрез Тенарскую пещеру. Из Эпира в ад тени погребенных умерших переплывали по реке Ахерон с помощью старого и грязного перевозчика подземного мира Харона, получавшего как плату за перевоз один обол (греческая монета), который клали покойнику в рот; а отводить души в ад составляла обязанность Гермеса, почему он и называется проводником мертвых. Из Египта мертвые ездили на суд чрез озеро Ахерузиа, близ Мемфиса, под покровительством бога Анибуса, который сопровождая душу в подземный мир, выхлопатывал ей благосклонный приговор на суде мертвых.

У Вергилия Эней попал в ад чрез пещеру Авернского озера, куда он нисходил вместе с кумской сивиллою, чтобы видеть там своего отца; Улисс, чтобы добраться до ада, отправляется за океан в страну киммерийцев; Геркулес пришел в ад чрез Арехузиадский полуостров. Из Гермиона в ад дорога была самая короткая, и потому жители сего края не клали своим мертвецам в рот монету для уплаты Харону за переезд. Рассказы путешественников финикиян, предпринимавших далекие морские плавания для отыскания олова и балтийского янтаря, были основанием происхождения у греков елисейских полей и тартара. Там, за океаном, за Геркулесовыми столбами, по словам финикиян, находятся счастливые острова — место вечной весны, а далее за ними — страна вечной тьмы. Эти неопределенно переданные повествования, и потому, худо понятые народом, в его воображении породили: блаженную страну — елисейские поля и страну наказания — тартар. Таким образом греческие поэты и римские философы представили подробную карту подземного царства; исчислили там реки, обозначили положение озер, лесов, гор, где фурии вечно терзают грешников, осужденных на вечные муки; указывают на асфоделов луг, простирающийся чрез весь подземный мир и весь поросший неприятного, мрачного вида растением асфоделус со стеблем, имеющим вид лилии и с небольшими луковицами у корня, которым, по верованию народа, питаются души умерших. В их поэмах видна история некоторых знаменитых грешников и особые подробности их мучений: Сизиф вечно катит свою скалу, Тантал не может утолить своей жажды среди реки, в которую погружен, Иксион не имеет ни секунды покоя на своем колесе, данаиды никак не могут наполнить бочек.

Слово Божие удостоверяет нас, что, по двоякому душевному состоянию, развивающемуся на земле, и за гробом два состояния: блаженное (рай) состояние людей добрых, которые жили на земле по духу закона Божия, и состояние мучительное (ад) как неестественное, противное воле Творца своеволием человека, извратившего свою природу и потому, следовательно, лишившегося своего первоначального назначения, для которого уже человек сделался неспособным. Ад сделался уделом человечества. Смертельный яд разлился во всей природе человека, и грех, заразивший прародителей, естественно должен был заразить и все от них происшедшее человечество. Умирая, и праведный и грешный душами нисходили во ад, который с Воскресения Христа, Победителя ада, потерял свое значение и силу и сделался только местом временного наказания для несовершенных душ, то есть для не достигших блаженства и не потерявших окончательно свое спасение.

Как Царствие Небесное, так и геенна, по предведению Божию, уготованы от вечности. Первое — для ангелов и блаженных душ и вторая — для падших ангелов, злых духов, а следовательно, и для сообщников их — злых душ, нераскаянных грешников. Итак, прежде всего назначение геенны — дня злых духов, отпадших ангелов. Согласно своему назначению для духов и душ природа геенны соответствует тонкой, эфирной природе своих обитателей. Как в дому Отца Небесного "многи обители", так точно и в аду, по свидетельству Третьей книги Ездры, есть многие обители, называемые затворами, хранилищами душ, а не вместилищем трупов. "Еда не вопрошаша души праведных о сих затворах своих, глаголюще: доколе тако надеющеся будем? И когда приидет плод жатвы мзды нашея?.. В аде обители душ подобны суть ложеснам. Понеже яко же родящая хощет вскоре родити, да избежит нужды рождения, тако и сия тщатся издати оная, яже вдана им суть" (4,35,41-42); "И земля издаст тех, иже в ней спят, и прах, иже в нем молчанием обитают, и хранилища издадут вданныя им души" (7, 32).

Находясь в детском возрасте, мы не можем себе ни представить, ни вообразить радостей, приятностей и скорбей возраста сознательного, возмужалого, что единственно зависит от состояния души, ибо каждому состоянию души соответствует и сознание его, следовательно, загробное состояние душ, имея и себе соответственное сознание, не может быть совершенно сознано и представлено в настоящей, земной жизни. Апостол Павел, свидетельствуя о настоящем знании, говорит, что оно только "отчасти". И потому Сам Господь Иисус Христос, чтобы сколько-нибудь приблизить настоящее понятие о будущем, загробном, употребляет символы, сравнения, уподобляя будущее загробное известному настоящему. Описание Царствия Небесного и геенны представляет сравнением: первое — с брачным пиром, вторую — с огненною долиною. Но это земное сравнение с загробным — почти что ничто, по словам апостола Павла; уготованное там, за гробом, человек и вообразить себе не может на земле. Следовательно, точное описание геенны невозможно, неестественно по настоящему состоянию души. Ежели жизнь есть непрестанное развитие, состоящее в непрестанном изменении состояния души одного на другое, более совершенное, все равно, в добре или во зле, переходя, по слову Давида, "от силы к силе", то отсюда понятна невозможность составить совершенно полное представление о имеющем быть состоянии за гробом, добром или злом. Но как загробная жизнь есть дальнейшее развитие земной жизни, то характеристические признаки той и другой жизни, опять же, по слову апостола Павла, "отчасти" можно себе представить: блаженство и мука как плоды добродетели и порока уже "отчасти" предвкушаются на земле своими делателями. Неземная радость, небесное удовольствие, внутреннее беспокойство, угрызение совести суть начало загробного состояния райского и геенского. Теперь понятно, почему избранный Богом народ, которому даны от Бога Закон, Откровение, и даже самая справедливая секта иессеев, исключительно посвятивших себя Богу и живших вдали от мира в пустыне, имели представление о загробной жизни, во многом сходное с языческим. Так, по свидетельству Флавия (кн. 2, гл. 12), они, иессеи, думали, что души праведников отправляются за океан, в место покоя и блаженства, где их не тревожат никакие заботы, ни перемены года. Души грешников, напротив, удаляются в места, подверженные всем резким переходам воздуха, претерпевают там вечные муки. Ежели бы евреи были совершенно свободны от языческих воззрений на загробную жизнь, то не сказал бы им Иисус Христос: "прельщаетесь"; а при прельщении невозможно истинное представление жизни загробной. И в настоящее время о будущей жизни "предание иудейское говорит, что пред наступлением великого дня воскресения мертвых явится Михаил Архангел и вострубит в трубу, чтобы мертвые восстали и праведные, умершие от века, обще с живыми иудеями, коих соберет Мессия от всех стран земли, будут ликовать в Иерусалиме; грешники сего лишены будут. Мессия сделает для праведных иудеев благолепнейший пир; зарежет великого кита и Лавиафана Левиесона. После этого введут их в то царство славы, куда введен был при жизни Моисей, которому, как пишется в книге Гдулас-Мойше, показаны были разные драгоценные кресла, приготовленные Богом в раю для иудейских угодников, а также и для него, — на которых и воссядут они по пришествии Мессии и будут торжествовать вечно" (Торжество христианского учения над талмудом Алексеева, с. 126). Это — общечеловеческая невозможность возвыситься до чисто духовного представления жизни души и вообще духовной жизни человека за гробом. Ежели на земле мы встречаем злодеев, готовых на всякое злодеяние, то каково же будет их душевное состояние за гробом? Такое, какого мы и вообразить себе не можем, состояние, которое на земле невозможно.

Данте в своем великом произведении — в "Божественной комедии", написанной в начале XIV века, — дает нам подробное описание ада, следуя общепринятым понятиям средних веков. Он в своем аду рисует все, что только было ему известно из религии, мифологии, истории и собственного опыта.

Заблудившись в диком, мрачном лесу, он достигает холма, но три животных: пантера, лев и голодная волчица — заграждают ему дорогу, и он уже снова спускается во мрак глубокой долины, когда пред ним предстала человеческая тень, потерявшая от долгого молчания голос. То был Виргилий, которого послала ему во всем помогать и показывать дорогу "божественная" Беатриче, предмет любви Данте, существо действительное и в то же время мистически идеальное. "Для твоего блага, — говорит Виргилий, — ты должен последовать за мною. Я стану указывать путь и поведу чрез страны вечности, где до слуха твоего дойдет неутешный плач и скрежет зубов, здесь ты увидишь бледные, иссохшие, блуждающие тени людей, прежде тебя живших на земле и ищущих самоуничтожения. Далее ты увидишь страны, совершенно противоположные первым, страны света очищающего среди очистительного пламени, потому что здесь души надеются выстрадать себе доступ в блаженные места. В заключение всего ты увидишь рай."

Виргилий и Данте приходят к вратам ада, на которых начертана ужасная надпись: "Оставь надежду навсегда". Они входят и прежде всего видят злополучные души, прожившие земную жизнь без добродетелей и без пороков. Они достигают берегов Ахерона и видят, как Харон в своей лодке перевозит души на другой берег; Данте вдруг впадает в глубокий сон. Он просыпается по ту сторону реки, и вот как ад представляется его взорам: ад — мрачное подземное царство, населенное нечестивцами, осужденными на вечное страдание. Это воронкообразная пропасть, помещенная внутри земли, покрытая шарообразным сводом, или корой, обитаемого нами полушария. Воронка эта, опускаясь к центру земли, постепенно сужается и около земного центра оканчивается колодезем. Внутренняя стена воронки разделена на уступы, или ступени, которые в виде кругов опоясывают бездну и на которых размещены грешники по роду грехов; чем ближе к центру, тем более сужается круг ада — чем тяжелее преступление, тем реже оно встречается, и стало быть, тем меньше нужно места для помещения причастных ему грешников, тем ближе к колодцу и жесточее оно наказуется, так что величайший грех — измена — казнится в последнем круге, а виновника греха, предводителя возмутившихся ангелов, царя скорбного царства Люцифера Божественное правосудие удерживает, погруженного по грудь в лед, в самом центре земли, в колодезе. Всех уступов или кругов девять. Виргилий тоже допускает девять разделений: три раза на три — число священное. Данте сходит в преддверие, которое образует первый круг ада, называемый Лимбо. Он находит там души добродетельных язычников и невинных младенцев, не очищенных крещением.

Затем они спускаются во второй круг, где восседает Минос, адский судья; здесь карают прелюбодеев; в третьем круге карают обжор. В четвертом он встречает Плутуса, который поставлен тут стражем; здесь мучатся расточители и скупцы. В пятом карают тех, кто предавался гневу. Данте и Виргилий видят приближающуюся лодку, управляемую Флегьясом; они входят в нее, переезжают реку Стикс и достигают подножия стен из раскаленного железа, окружающих адский город Дитэ; демоны, охраняющие врата, не позволяют им входить, но ангел повелевает пропустить путников, и в шестом круге они видят еретиков, запертых в гробницах, окруженных пламенем. Затем путники посещают круг виновных в притеснениях, круг мошенников и круг лихоимцев, где видят кровавую реку, охраняемую отрядом центавров. Вдруг к ним подходит Герион, олицетворяющий коварство и подлог, этот зверь сажает их на себя, чтобы перенести через адское пространство. Восьмой круг, называемый Малебольдже, подразделяется на десять долин, в которых заключаются: льстецы, симонисты, святотатцы, прорицатели, астрологи, волшебники, менялы, ханжи, неправедные судьи, лицемеры, которые ходят покрытые тяжелыми свинцовыми мантиями, воры, которых вечно жалят ядовитые змеи, ересиархи, шарлатаны и делатели фальшивых монет. Наконец поэты спускаются в девятый круг, разделенный на четыре отделения, где карают четыре рода предателей; тут именно Данте рассказывает эпизод графа Уголино. В последнем отделении, называемом отделением Иуды, прикован Люцифер. Здесь находится центр земли, и Данте, услыхав ропот ручейка, переходит этот центр и поднимается в другое полушарие, на поверхности которого находится гора Чистилище, опоясанная южным океаном. Ад Данте сходен с адом Гомера по своей воронкообразной (конической) форме.

В поэме же "Орландо Фуриозо" Ариосто, написанной в начале XVI столетия, место ада отводится тоже в земле. По словам автора, у подошвы высокой горы, из которой вытекает Нил, находится отверстие, которым гарпии возвратились в преисподнюю; отсюда-то автор и начинает свое путешествие по областям ада.

Если аду было отведено место внутри земли, то последнее нетрудно было узнать. Ад не мог занимать более трех тысяч французских миль (лье) в ширину. Декселий и Рибер рассчитали, что число осужденных на вечное мучение доходит до ста миллионов и что ад имеет только одну квадратную германскую милю.

Учение западных богословов об аде вообще как о загробном царстве грешников весьма неопределенно, и современный западный богослов Бержье говорит без убеждения, что ад находится во внутренности земли. Вот общий исторический очерк загробного царства смерти, царства осужденных — ада, в общем смысле места осужденных. Теперь посмотрим отдельно на адские затворы. Их значение, на основании Священного Писания, следующее.

Евреи загробное состояние осужденных душ называют геенною (по-еврейски абадон), что видно из раввинских книг "Соберутся, как побежденные собираются в подземной бездне, и повинные геенне заключены будут в геенне". Так геенна представлялась и древними евреями. Так, пророк и царь Давид вечную участь грешников за гробом, их загробное состояние — геенну изображает в таком виде: "Одождит Господь на грешники сети, огнь и жупел, и дух бурен, часть чаши их" (Пс. 10, б). Чтобы сколько-нибудь приблизить понятие народа к представлению вечного, загробного наказания грешников, Пророк представляет наказание Содома и Гоморры с окрестными городами (Быт. 19, 24). Это наказание грешников на земле Пророк берет за образ, символ их наказания за гробом. Неизбежность наказания — судьба, участь, удел грешников и собственно наказание — Пророк выражает словом "геенна". Об этой чаше вечного наказания Пророк пишет и в псалме 74, ст. 9: "Яко чаша в руце Господни... испиют вси грешнии земли". Так и Сам Иисус Христос в предсмертной Своей молитве в саду Гефсиманском предстоящие Свои страдания, заменяющие наказание мира, называл чашею. О сей чаше вечного наказания свидетельствует и пророчество Иеремии, которому поведывается от Бога всяческих взять чашу и напоить Иерусалим, и князей, и сопредельные народы (Иер. 25, 15-28): 'Тако бо глаголет Господь Бог Израилев; возми чашу вина нераствореннаго от руки Моея, да напоиши вся языки, к ним же Аз послю тя..." Пророк Исайя пишет: 'Ты бо прежде дней истяжан будеши; еда и тебе уготовася царствовати; дебрь глубокую, древеса лежаща; огнь и древа многа, ярость Господня аки дебрь жупелом горящая" (30, 32). И в другом месте опять пишет: "И изьздут, и узрят трупы чело-веков преступивших Мне; червь бо их не скончается, и огнь их не угаснет: и будут в позор всякой плоти" (66,24). Сочинитель Книги Иудифи пишет: "Горе языком, возстающим на род Мой: Господь Вседержитель отмстит им в день судный, дающе огнь и червие на плоти их, и восплачутся в чувстве даже до века" (16, 17). Иисус, сын Сирахов, в своей Книге Премудрости пишет: "Не рцы, на множество даров моих воззрит, и приносящу ми Богу вышнему, приимет" (7, 9).

Геенна есть название состояния отверженных душ, где червь не умирает и огнь никогда не угасает (Мф. 5, 22, 29-30; 10, 28; 18, 8-9; 25,41-46; Ис. 66,24; Мк. 9,45-48).

Иисус Христос символом загробного вечного состояния грешников в геенне берет предмет, к которому евреи в Его время питали страх, ужас и отвращение. Это долина Евномова, некогда прекраснейшая, подле Иерусалима к северо-востоку; небольшой поток протекает по ней, и потом опоясывает часть города. Когда евреи сильно предавались идолослужению, то в этой долине совершались отвратительные служения Молоху (4 Цар. 16,3; 2 Пар. 28, 3). Этот сирский идол был медным с телячьей головою, увенчанною царскою короною; руки протянуты были так, как бы готовы были принять кого-либо; ему приносили в жертву детей, именно: зажигали внутри идола огонь, и когда он раскалялся, бросали ему на протянутые руки бедных детей, где они тотчас сожигались. Чтобы заглушить крик детей, во время этих жертвоприношений обыкновенно поднимали сильный крик и шум, употребляя при этом разные инструменты. После же плена вавилонского, когда иудеи получили совершенное отвращение к идолопоклонству, у них явилось отвращение и к сему месту; оно было запущено; в него свозились все нечистоты из города; тут же совершаемы были иногда и смертные казни; воздух в этом месте постоянно заражен; для очищения его постоянно горел огонь — место стало страшным и отвратительным, и прозвано долиною огненною (Толкование Евангелия архимандрита Михаила. Матф. 5, 22). Это-то место и было избрано Спасителем образом, символом вечных мучений грешников в загробной жизни. Свойство червя неусыпаемого и огня неугасимого описывает отчасти Василий Великий: "Когда чувствуешь порыв к какому-нибудь греху, тогда призови пред умственные твои очи страшный оный, никому из смертных не стерпимый суд Христов, где председит Судия на высоком и превознесенном престоле; вся же тварь в трепете и страхе предстоять будет пред славным и светлым Его пришествием. Все предстанут пред Него для испытания, кто что сделал во время жизни. Тех, которые в жизни много зла творили, окружат некие страшные и грозные ангелы, взиравшие на огонь уготованный, огнем дышущие по причине страшного намерения, вид имеющие подобный ночи, по причине печали и отвращения от человеков. Потом представь себе бездну, непроницаемую оную тьму и огнь мрачный, который имеет свойства жечь, но не имеет света. Представь род бесчисленных червей, ядовитый и плотоядный, который всеща ест, но никогда не насыщается, и угрызениями несносные боли причиняет. Представь, наконец, жесточайшее наказание, оное бесчестие и вечный стыд! И сего ты бойся".

Кстати припомним и о том черве, о котором нам рассказывал Святогорец (см. выше с. 87).

Состояние погибших называется в слове Божием и пещию огненною, в которой происходит плач и скрежет зубов (Мф. 13,42, 50). И здесь, как и в первом случае, при определении геенны Господь Иисус Христос за образ, символ будущих ужасных и вечных мук берет вавилонскую печь, в которую бросали государственных преступников.

Наказание огнем, сожжение есть самая жестокая казнь, и потому огонь вечный, которому преданы будут грешники, есть, без сомнения, высшая степень мучения. Этот огонь был уготован диаволу и ангелам его; не для человека назначено это мучение, но для возмутившихся против Бога злых духов с их князем (Иуд. 6; Апок. 12, 8-9). Но как грешники по своим грехам делаются как бы сообщниками злых духов, то и получают вместе с ними одинаковое наказание — огонь вечный.

Казнь Содома и Гоморры и окрестных городов огнем и жупелом послужит образом, символом будущих вечных мук, представляемых озером огненным и жупельным.

Что это за место, называемое Спасителем тьмой? Тьма есть отсутствие света; следовательно, тьма — место, лишенное света. Светом Священное Писание называет надежду; следовательно, тьма есть отчаяние. Итак, тьма кромешная есть место, лишенное на веки всякой надежды. А без надежды нет жизни. Здесь нет надежды умереть, быть уничтожену. Вечность и вечность — ужас и отчаяние. Здесь место, лишенное всякого света и исполненное плача и скрежета зубов, происходящих от нестерпимых мук (Толкование Евангелия архимандрита Михаила. Матф. 22, 13).

Бездна означает то место вечного мучения, которое не имеет дна, место бездонное, место мучения, по слову

Писания, страшное для самого диавола. Злые духи в стране Гадаринской просили Господа Иисуса Христа не мучить их прежде времени и не отсылать в бездну (Мф. 8, 29). Слово "бездна" употреблено в Апокалипсисе: 9, 1-2; 11,7; 17, 8; 20, 1-2.

Апостол Петр пишет: "Бог ангелов согрешивших не пощадил, но узами мрака в тартар низвергнув, предал для соблюдения на суд" (2 Пет. 2, 4).

Как многи обители райские, так точно многи обители состояния осужденных, что зависит от свойства, степени и различия грехов, обители с различными наименованиями: геенны, пещи огненной, тартара и др., смотря по роду и степени греховности.

Каждому злому, чуждому правды состоянию душ на земле есть соответственное осужденное состояние за гробом. Такое греховное состояние души на земле, по учению Господа Иисуса Христа, есть состояние мертвенное, и нравственный суд уже над ним произнесен: "осужден" (Ин. 5, 29). Мертвенное состояние души, как показывают самые опыты, всегда чуждо, лишено кротости и смирения, и ему непонятна небесная радость. Чем заняты постоянно ум и сердце людей, преданных пороку? Это известно всем. О чем постоянно пекутся славолюбец, сластолюбец, сребролюбец? Вкушают ли они когда тот сладкий, неземной покой?

О разных степенях загробного, геенского состояния вот учение Самого Господа Иисуса Христа (Лк. 12,47-48): тот раб, который знал волю Господина своего и не был готов и не делал по воле Его, бит будет много. А не знавший воли Господина и сделавший достойное наказания — бит будет меньше. И от всякого, кому дано много, много и потребуется; и кому много вверено, с того больше взыщут. Неведение воли Божией не освобождает совершенно грешника от казни за гробом, потому что он мог бы узнать ее, ежели бы только захотел. Для пояснения сих евангельских слов приведем толкование Василия Великого, Иоанна Златоустого, Ефрема Сирина и др.

Святитель Василий Великий: «Надобно знать, что выражения: биен будет много и биен будет мало — означают не конец, а разность мучения. Ибо, если Бог есть праведный

Судия не только добрых, но и порочных, воздающий каждому по делам его, то иной может быть достойным огня неугасимого, или слабейшего или более пожигающего, другой — червя неумирающего, но опять или сноснее, или нестерпимее причиняющего боль, по достоинству каждого, и иной — геенны, в которой, без сомнения, есть разные роды мучений, и другой — тьмы кромешной, где один доведен только до плача, а другой от усиленных мучений и до скрежета зубов. Самая тьма кромешная, без сомнения, показывает, что есть в ней нечто и внутреннее. И сказанное в Притчах: "во дне ада" (9,19) дает разуметь, что некоторые, хотя во аде, но не во дне ада терпят легчайшее мучение. Это можно и ныне отличать в телесных страданиях. Ибо один болен лихорадкою с припадками и другими недугами; другой чувствует только лихорадку, и то не в равной степени с другим; иной же не имеет лихорадки, а страждет болью в каком-либо члене, и то опять более или менее другого».

Святой Ефрем Сирин: «Разные есть роды мучений, как слышали мы в Евангелии. Есть "тьма кромешная" (Мф. 8, 12): а из сего видно, что есть и другая тьма глубочайшая; "геенна огненная" (Мф. 5,22) — иное место мучения; "скрежет зубом" (Мф. 13, 42) — особое также место; "червь неусыпающий" (Мк. 9, 48) — в ином месте; "озеро огненное" (Апок. 19, 20) — опять иное место; "тартар" (2 Пет. 2,4) — также свое место; "огонь неугасающий" (Мк. 9,43) — особая страна; "преисподняя" (Флп. 2,10) и "пагуба" (Мф. 7, 13) — на своих местах; "дальнейшие страны земли" (Еф-4, 9) — иное место; "ад", где пребывают грешники, и "дно адово" — самое мучительное место. На сии-то мучения распределены будут несчастные, каждый по мере грехов своих, или более тяжких, или более сносных, по написанному: "пленицами своих грехов кийждо затязается" (Притч. 5,22), "биен будет много" и "биен будет мало" (Лк. 12, 47-48). Как есть различия наказаний здесь, так и в будущем веке. Иначе мучится прелюбодей, иначе блудник, иначе убийца, иначе вор и пияница».

Святой Иоанн Златоустый: "Кто больше получит наставления, тот должен вытерпеть большую казнь за преступление. Чем мы сведущее и могущественнее, тем тяжелее будем наказаны за грехи. Ежели ты богат, от тебя требуется больше пожертвований, нежели от бедного; ежели умен, больше послушания; ежели облечен властию, покажи блистательнейшие заслуги. Так и во всем прочем ты дашь отчет по мере сил своих. Отходящий туда со множеством добрых и злых дел получит некоторое облегчение и в наказании, и муках тамошних; напротив, кто, не имея добрых дел, принесет только злые, тот, сказать нельзя, сколько постраждет, будучи отослан в вечную муку". Так же учили: святой Киприан, блаженный Иероним, блаженный Августин и др.

Не только различны состояния осужденных, соответствующие греховным состояниям на земле, но как и сами грехи имеют свои степени, то и наказания одного рода будут, однако, не в одной степени, чему служит свидетельством слово Господа: "отраднее", два раза высказанное: 1) "Истинно говорю вам, отраднее будет земле Содомской и Гоморрской в день суда, нежели городу тому". Господь говорит, что после всеобщего суда наказание содомлян и гоморрян будет легче, нежели наказание отвергших проповедь апостольскую. Эта истина степени виновности вытекает из того нравственного закона, что виновность тем более, чем яснее и полнее выражена воля Божия, против которой сделано преступление, а следовательно, тем большее следует за сим наказание: и вот, отвергшие проповедь о Христе преступнее отвергших требования естественного закона совести, которыми руководились содомляне, так как не было дано положительного Закона Божия. Крайний разврат жителей сих городов был причиною праведного гнева Божия, и они окончили свое существование от вулканических извержений и провала. Города Содом, Гоморра, Адема и Севоим находились на том месте, где ныне Мертвое море, на южной стороне Палестины.

2) "Но говорю вам, Тиру и Сидону отраднее будет в день суда, нежели вам".

Иисус Христос о степени наказания, соответствующей степени виновности, высказал в поступках фарисеев так: фарисеи "снедают домы вдовиц и виною далече (то есть лицемерно, долго) молятся: сии приимут лишше осуждение" (Лк. 20, 47; Мк. 12, 40). И святой апостол Павел учит, что воздаяние будет по делам.

Сам Господь Иисус Христос свидетельствует о вечности мучения в геенне, когда говорит: "И пойдут сии (то есть грешники) в муку вечную". Значит, для осужденных после всеобщего суда Христова жизнь составит нескончаемое мучение. То же учение о вечности мучений грешников за гробом находится и у евангелиста Иоанна (3, 36): "Иже не верует в Сына, не узрит живота, но гнев Божий пребывает на нем". Отсюда заключаем, что вечная смерть — неверие. Неверующие отходят в вечность грешниками, следовательно, состоящими под гневом Божиим за грех, непримиренными; и гнев Божий пребывает на них (Еф. 2, 3). Слово "пребывает" означает вечность, показывая, что гнев Божий никогда уже не отступит от таковых и не увидят они жизни, что означает нескончаемое мучение неверующих, наказание вечное (Толкование Евангелия архимандрита Михаила). В одной из бесед Своих Иисус Христос так учил о вечности мучения: "Аще соблазняет тя рука твою, отсецы ю: добрее та есть беднику в живот внити, неже обе руце имущу внити в геенну, во огнь неугасающий, идеже червь их не умирает, и огнь не угасает. И аще нога твоя соблажняет тя, отсецы ю: добрее ти есть внити в живот хрому, неже две нозе имущу ввержену быти в геенну, во огнь неугасающий, идеже червь их не умирает, и огнь не угасает. И аще око твое соблажняет тя, исткни е: добрее ти есть со единем оком внити в царствие Божие, неже две оце имущу ввержену быти в геенну огненную, идеже червь их не умирает, и огнь не угасает" (Мк. 9,43—48). То же предостережение повествуется и у евангелиста Матфея (18, 8). О вечности, нескончаемое™ геенского мучения, а равно и блаженства, Господь Иисус Христос высказал еще и в другом месте — в ответе Авраама несчастному богачу, осужденному на вечное мучение в геенне: между нами и вами утверждена великая пропасть, так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят. Слова: "великая пропасть", кроме своего буквального значения, что пространство между раем и геенною так велико, что ни праведники не будут ни видеть, ни слышать осужденных, ни осужденные - праведников после всемирного суда, "великая пропасть" означает еще и вечность блаженства и вечность мучений. Разность нравственного состояния праведников и осужденных так велика, что утвердившиеся во зле уже не могут сделаться праведными, способными к райской жизни, ни праведные не могут уже быть злыми, следовательно, способными к жизни геенской. Здесь говорится об осужденных как уже совершенно неспособных к жизни вечной. О вечном наказании грешников за гробом, а следовательно, и о вечной муке их свидетельствует Иоанн Богослов в Апокалипсисе: "И дым мучения их во веки веков восходит: и не имут покоя день и нощь поклоняющийся зверю и образу его, и приемлющий начертание имене его (14,11); диавол во своими клевретами и с грешниками ввержены будут в геенну и мучены будут день и ночь во веки веков (20, 10). Златоустый сим словам дает значение вечности мучений грешников за гробом, в будущей жизни. Апостол Иуда пишет: "Содом и Гоморра, и окрестные их грады, подобным им образом преблудивша, и ходивша в след плоти иныя, предлежат в наказание огня вечного, суд польемте" (7). И апостол Павел о вечном мучении пишет к Фессалоникшщам так (2 Фес. 1, 7-10): "А вам оскорбляемым отраду с нами, во откровении Господа Иисуса с небесе, со Ангелы силы Своея, во огни пламенне, дающаго отмщение не ведущим Бога и не послушающим благовествования Господа нашего Иисуса Христа: иже муку приимут, погибель вечную от лица Господня, и от славы крепости Его: егда приедет прославитися во святых Своих, и дивен быти во всех веровавших". О вечности мук и пророк Давид свидетельствует так: "Знаем есть Господь; судьбы творяй, в делех руку своею увязе грешник" (Пс. 9, 17); и пророк Исайя пишет: "Устрашились грешники на Сионе; трепет овладел нечестивыми: кто из нас может жить при огне пожирающем? кто из нас может жить при вечном лламени?" (33,14). Предтеча Господень Иоанн Креститель свидетельствует о вечности мучений так: "Емуже лопата в руце Его", и Он очистить гумно Свое, и соберет пшеницу Свою в житницу, а соло-му сожжет огнем неугасимым (Мф. 3, 12). Значит, в Ветхом Завете была известна истина о вечности блаженства и мучения. Бессмертная душа грешника осужденного, перейдя за гроб, вступает в вечное, никогда не скончаемое состояние, которое в Священном Писании называется вечною смертию, второю смертию.

Были и, может быть, и теперь немало есть ложных умствователей, мудрствующих по плоти, будто бы вечное мучение невозможно, а возможно только временное, и приводят свои ложные доводы. Это — ученики-последователи Оригена, учившего, что демоны и грешные души в геенне будут мучиться только до известного времени, после которого они опять обратятся в первобытное состояние безгрешности. Пятый Вселенский Собор осудил и отверг сие лжеучение как совершенно не согласное со здравым разумом, противное истине и противоречащее слову Божию, оскорбляя таинство искупления рода человеческого единственно заслугами Сына Божия, Господа нашего Иисуса Христа, даровавшего только одним в Него верующим жизнь вечную. Все же отвергшие Его идут в муку, не временную, а как Сам Иисус Христос учит, в муку вечную. Следовательно, прежде всего их ложное учение не признает истинными слова Самого Иисуса Христа, назвавшего муку вечною, а они признают ее за временную. Да и к чему же пришествие на землю Спасителя? От чего Он пришел освободить грешников? Единственно от вечного мучения, приготовленного диаволу и грешникам нераскаянным. После сего можно ли их доводы признать истинными, когда их учение о сем предмете совершенно противоположно учению Иисуса Христа о вечности мучений? Вечные мучения оригенисты находят несогласными с милосердием Божиим, и в своем заблуждении не замечают того, что, отвергая вечность мучения, делают Бога несправедливым, воздающим и достойным, и недостойным, и способным и неспособным блаженствовать, награждающим всех без исключения, и желающих и не желающих блаженства.

Слова Божий и опыты в жизни ясно свидетельствуют, что нравственное зло может обращаться в добро только на земле, чрез покаяние, и притом покаяние деятельное, которое за гробом уже и существовать не может. Прежде было говорено, что земная жизнь есть приготовление к жизни загробной — или блаженной в раю, или мучительной в геенне. Итак, на земле усвоенные душою добро или зло, обратившиеся в природу, вошедшие в плоть и кровь, за гробом уже не могут изменяться: добро в зло и зло в добро. И Царствие Небесное и геенна ищутся на земле, а за гробом наследуют то, чего здесь искали, желали, короче, для чего на земле жили по собственной своей воле, а не по принуждению. Рай и геенна приобретаются добровольно. Ежели качества души за гробом не могут изменяться, то злой не способен быть и жителем рая, где царствует любовь; так точно, как еще на земле порочные люди не бывают в обществе людей нравственных, не потому, чтобы последние их не приняли, но единственно потому, что не способны. Как рыба не способна жить в воздухе или птица в воде, так злой удаляется и удален великою пропастью от добродетельного, и невозможность перехода из одного нравственного состояния в другое засвидетельствовал и Сам Иисус Христос в притче о богаче и Лазаре. Притом же, как жизнь есть развитие или добра, или зла, то загробная жизнь грешников в геенне представляет непрестающее развитие одного только зла, а потому самому и совершенную невозможность и неспособность демонам и погибшим душам обратиться первым — в добрых ангелов, а вторым — в души праведников.

По Своей бесконечной премудрости и благодати Бог сотворил человека по Своей святейшей воле, не требуя на то хотения, желания, согласия человека; и сотворил его для блаженства. Но чтобы человек и на земле и за гробом блаженствовал, необходимо для сего со стороны человека деятельное желание получить блаженство, без чего одна всемощная благодать не спасет человека: только "нуждни-цы восхищают" Царствие Небесное (Мф. 11, 12); следовательно, души, не ищущие на земле Царствия Божия и правды Его, могут ли когда-либо за гробом обрести его? Только просящим и имущим дается.

Следовательно, и демоны, и погибшие души, преданные вечному огню, и будут вечно страдать не по воле Бога, а по собственному произволению быть в мучениях вечных вместе со злыми духами и злыми душами, нежели вечно блаженствовать с добрыми ангелами и со всеми святыми. Блаженный Августин, защищая истину, высказанную и Самим Господом Иисусом Христом, о вечности блаженства и мучения, пишет: "Вечная, загробная жизнь есть или блаженство, или мучение. Ежели же блаженство вечное не будет иметь конца, то и вечное мучение не будет иметь конца. При одном и том же смысле слова, сказав: вечная жизнь будет без конца, вечное мучение, напротив, будет иметь конец — весьма нелепо. А потому как вечная жизнь святых будет бесконечна, так, без сомнения, не будет иметь конца и вечное мучение".

Из слов Священного Писания открывается, что смерть души составляет незнание своего Творца Бога, а потому и удаление от Него. Незнание Бога, следовательно, и удаление души от Бога, естественно начинается во время земной жизни. Знание и незнание Бога может быть только на земле. Незнание Бога, удаление от Него — источника жизни — составляет для души вечную смерть. Содержание вечной смерти составляют: 1) незнание Бога, 2) отсутствие любви к Богу, ко святым духам и душам и ко всему святому ненависть и 3) удаление от Бога. Так истина вечного мучения грешников за гробом, известная Ветхому Завету, приобрела право догмата и в христианской Церкви. Святые Отцы и учители Церкви оставили нам свое учение о вечности мучений грешников за гробом, и мы веруем им как таким всемирным учителям-проповедникам, которые возвещали не плотское мудрование, но истины Духа, избравшего их своим орудием для проповеди миру участи человека на земле и за гробом. Так, в Афанасиевском символе исповедуется: "Благая содеявшие войдут в жизнь вечную; злая же — в огнь вечный".

Святой Климент Римский: "Бессмертны все души и нечестивых, для которых лучше было бы, если бы они не были нетленны, потому что, мучась бесконечным мучением в огне неугасающем и не умирая, они не будут иметь конца своему бедствию".

Святой Поликарп: 'Ты грозишь мне огнем, горящим временно и вскоре угасающим, потому что не знаешь об огне будущего суда и вечного мучения, который уготован нечестивым".

Мученик Иустин: "Что он (диавол) со своим воинством и людьми, последующими ему, будет послан в огнь и будет там мучиться в бесконечные веки; это возвестил Христос".

Святой Ириней: "Кому скажет Господь: отыщите от Мене проклятии в огнь вечный, — те будут осуждены навсегда. Вечны и без конца будут блага, дарованные от Бога; потому и лишение их будет вечно и без конца, подобно тому, как в безграничном свете ослепившие самих себя или ослепленные другими навсегда лишены приятности света".

Святой Кирилл Иерусалимский: "Если кто грешен, получит вечное тело, долженствующее терпеть мучение за грехи, дабы вечно гореть в огне и не разрушаться".

Святой Василий Великий: «Господь то решительно говорит, что "идут сии в муку вечную", то отсылает иных "во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его", а в другом месте именует "геенну огненную", и присовокупляет: "идеже червь их не умирает, и огнь не угасает", и еще древле о некоторых предрек чрез Пророка, что "червь их не скончается, и огнь их не угаснет" (Ис. 66, 24). Потому, если при таком числе подобных свидетельств, находящихся во многих местах богодухновенного Писания, многие еще, как бы забыв о всех подобных изречениях и определениях Господних, обещают себе конец мучению, чтобы свободнее отважиться на грех, то сие конечное есть одна из козней диавольских. Ибо если будет когда-нибудь конец вечному мучению, то и вечная жизнь, без сомнения, должна иметь конец. А если не смеем думать сего о жизни, то какое можно иметь основание полагать конец вечному мучению? И мучению и жизни равно придется одно слово: вечный. Сказано: идут сии в муку вечную, праведницы же в живот вечный».

Святитель Иоанн Златоустый: "Пусть будет так, что ты проживешь и много лет и не испытаешь никакой перемены; что же это в сравнении с бесконечными веками и с тяжкими и несносными оными муками? Здесь и счастие и несчастие имеют конец, и притом самый скорый; но там то и другое продолжается в бессмертные века, и своим качеством столько различны от здешних, что и сказать нельзя... Если кто скажет: как же душа может стать на такое множество мук, когда притом она будет терпеть наказание бесконечные века? Такой человек пусть подумает о том, что бывает здесь, как часто доставало многих на продолжительную и тяжкую болезнь. Если они и скончались, это не потому, чтобы душа совершенно истощилась, но потому, что тело отказалось служить, так что, если бы оно не уступило, то душа не перестала бы мучиться. Итак, тогда душа получит нетленное тело, тогда ничто не воспрепятствует мучению продлиться в бесконечность... Посему не будем располагаться ныне так, как будто бы чрезмерность мучений могла истощить нашу душу; ибо в то время и тело не испытывает сего (истощения), но будет вместе с душою вечно мучиться, и другого конца не будет".

Такие же мысли находим у Тертуллиана, Феофила Антиохийского, Киприана, Минуция Феликса, Ипполита, Афанасия, Григория Богослова, Илария, Иеронима и других.

Грех-преступление на земле производит двоякое наказание: удаление от мирного семейства, города и покоя и пребывание на чужбине — в ссылке с несением различных неудобств, тягостей, неприятностей среди немирного общества. Точно так же и загробное наказание для грешника — двоякое: лишение небесного, родного отечества и лицезрения Божия и заключение в геенне, где плач и скрежет зубов и где огонь неугасающий. Вечная смерть, или, что то же, вечная казнь, двоякая: 1) удаление грешников навсегда от лицезрения Божия, то есть удаление их от Бога, удаление от Царствия Божия, по слову апостола: "грешницы Царствия Божия не наследят". Это жизнь духовная (внутренняя); 2) но Господь Иисус Христос состояние геенское определяет не в одном только духовном страдании, но к нему присовокупляет и мучение чувственное: "Идите от Меня проклятии во огнь вечный", это — казнь чувственная, внешняя. Кроме духа, человек и по воскресении своего тела будет иметь две природы: душу и новое, тонкое тело. И как, будучи на земле, в делах человека участвовали дух, душа и тело, то и наказание за гробом, по учению апостола Павла: "приимет каждый, яже с телом содела, или блага, или зла", — должно быть и для души и для тела: наказание, мучение духовное, внутреннее и мучение внешнее, соответствующее новому, тонкому, эфирному телу. Это внешнее, так сказать, чувственное наказание составляют: 1) само общество, в котором приходится вечно жить бедной, отверженной душе, и 2) стихия, вполне соответствующая страсти человека, — вечный, неугасаемый огонь. Страстное состояние грешников на земле соответствовало состоянию грешников в геенне. Есть люди, допускающие только одно внутреннее мучение — угрызение совести — и сомневающиеся в присутствии за гробом в геенне огня вещественного. Ежели допустить сомнение в присутствии огня в геенне, то должно допустить и отсутствие теплоты в самом человеке. Какой же огонь согревает так сильно в человеке кровь? Откуда в человеке теплота, жар? Присутствие огня, теплоты в человеке имело свое основание, причину, вызвавшую сию теплоту. Огонь сей — невидим глазами, но видим в своем действии.

Известно, что самое жестокое наказание, казнь, которую иногда и люди употребляли на земле для своих преступников, есть сжигание, наказание огнем. Догмат, что только один Бог есть Дух, все же остальное Его творение — не дух, а одухотворенная плоть, материя, следовательно ангелы, души человеческие и демоны относительно своего Творца суть тонкие, эфирные существа. От вечности Богу все известно, что будет впереди с Его нравственными, духовными существами, как они воспользуются своею волею; а потому от вечности приготовлены Царствие Небесное — рай и геенна — вечный огонь. Везде, где только жизнь, там и теплота; жизнь и теплота неразлучны. Где нет жизни, там нет и естественной теплоты; теплота поддерживает жизнь. В геенне продолжается жизнь, следовательно, необходимо должна быть там и теплота. Но теплота имеет свои степени; в одной комнате теплота благоприятна человеку, а в другой в такой высокой степени, что, как говорится, даже жжет, невыносима для человека; потому в первой комнате жить человеку приятно, а в последней — мучительно, невозможно. Между тем в обеих комнатах огня не видно.

Геенский огонь имеет свои собственные свойства, отличающие его от земного огня. Главнейшее — то, что огонь на земле уничтожает свои жертвы, и то, однако, не всегда; были примеры, что некоторые из святых мучеников, преданных на сожжение, оставались невредимыми. В Ветхом Завете свидетельствуется о трех отроках: Анании, Азарии и Мисаиле, вверженных в пещь разжженную, в которой, однако, они остались совершенно невредимыми (Четии-Минеи, 17 декабря). Так точно и геенский огонь не уничтожит своих жертв; они вечно пребудут несгораемы. Геенский огонь с своим особенным, отличным свойством уготован для особенной, ему преимущественно свойственной цели — для наказания вечного падших ангелов, этих тонких, эфирных существ; следовательно, он отличен от земного огня; однако все-таки прямо действует на внешнюю сторону существа нравственного. Для тела (как бы оно эфирно ни было, все-таки тело) должно быть и наказание чувственное: тонкий, эфирный, все-таки чувственный огонь, который уготован Богом падшим духам. Души человеческие, находясь в теле на земле, своею богопротивною деятельностию, соответствующею деятельности злых духов, сами себя делая общниками злых духов на земле, и наследуют ту же участь, которая уготована им от вечности, то есть вечный, неугасимый огонь. Это — внешнее мучение геенны. Внутреннее и внешнее мучение грешников в геенне есть учение нашей Церкви. Так Иисус Христос, представляя в притче о богаче и Лазаре загробное, геенское состояние первого периода, прямо говорит, что несчастный богач находился в пламени: "И той (богач) возглаш, рече: отче Аврааме, помилуй мя, и поели Лазаря, да омочит конец перста своего в воде, и остудит язык мой: яко стражду в пламени сем". Ежели уже в предначатии мучения такое сильное страдание грешников от пламени, то каково же будет действие огня при полном мучении во второй период загробной, геенской жизни, то есть после всеобщего суда Христова? Как состояние второго периода райской, блаженной жизни Иисус Христос представляет образно, например, под видом пира, так точно и здесь для изображения второго периода геенского, загробного состояния грешников пользуется образным пророческим словом Исайи (66, 24). Пророк, изобразив славное царство Мессии когда будут новые небеса и новая земля, говорит, что тогда члены этого царства увидят трупы грешников, на которых червь не умирает и огнь не угасает. Враги будут побеждены, народ Божий восторжествует. Вся образная речь Спасителя о вечном мучении грешников за гробом заимствована от груды трупов убитых в сражении, по пророческому видению. Червь, который питается мертвыми телами, не будет умирать, потому что на целую вечность достанет этих трупов, и огнь, которым сожигались после сражения останки мертвых, не угаснет, так много будет этих останков (Толкование Евангелия архимандрита Михаила. Марк, 9,42). Господь Иисус Христос, чтобы научить нас удаляться соблазнов, влекущих нас ко греху, предостерегает людей от загробной геенской участи так: ежели, например, глаз, рука, нога или другой какой-либо член соблазняет тебя' то отними его от себя и брось, ибо лучше без этого члена быть в Царствии Небесном, нежели с ним, но в геенне огненной, где червь их не умирает и огнь не угасает. Здесь разумеется не действительное отсечение членов тела, как, например, делают это обвиненные Господом скопцы и им подобные, но в отсечении воли, в уничтожении в самом себе желания к греховному делу, в отвержении злого помысла, в победе добра над злом. Исполняющим же на самом деле желания злой своей воли и за гробом предстоит огонь. И вот пророческие слова Исаии: трупы мертвых, червь на них и огнь, которым они сожигались, послужили Господу Иисусу Христу символом загробной участи грешников, где будут терзать вечно новые тела черви и огонь. Это внешнее мучение грешников во второй период загробной жизни (Богословие Макария, архиепископа Харьковского, т. 2, с. 657). То же самое учение Господа о соблазнах высказано и евангелистом Матфеем (5,29-30). Как бы ни был продолжителен первый период загробной жизни, дущи без тел не получат полного воздаяния, наказаний, которые Бог уготовал диаволу и его сообщникам, именно не верующим в Господа Иисуса Христа, посланного Богом для спасения человечества.

Как Сам Иисус Христос, готовясь положить душу Свою, молился за врагов Своих, так требует и от последователей Своих любви совершенной, любви, даже не допускающей зла и в мыслях; поэтому злословие ближнего как дело, касающееся чести ближнего, есть отсутствие любви, следовательно, нарушение заповеди о любви, и нарушителям сей заповеди за гробом предстоит геенна огненная. При всеобщем суде Иисусом Христом произнесется грешникам, стоящим на левой стороне, следующий приговор, осуждающий их на вечное пребывание и мучение в огне: "Идите от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его". О внешних мучениях грешников в геенне свидетельствует апостол Павел, говоря, что будущий Судия "во огни пламенне даст отмщение не ведущим Бога и не послушающим благовествования Господа нашего Иисуса Христа" (2 Фес. 1, 8).

Так учили о внешних мучениях в геенне и святые отцы Церкви. Святитель Василий Великий говорит: "Потом (то есть после суда) к совершившему в жизни много худых дел приставляются страшные и угрюмые ангелы, у которых и взор огненный, и дыхание огненное, по жестокости их воли, и лица, подобные ночи, по унылости и человеконенавидению; потом непроходимая пропасть, глубокая тьма, огонь несветлый, который во тьме содержит попаляющую силу, но лишен светозарности; потом какой-то ядоносный и плотоядный червь, пожирающей с жадностию, никогда не насыщаемый и своим пожиранием производящий невыносимые болезни; потом жесточайшее из всех мучений — вечный позор и вечный стыд".

Святитель Иоанн Златоустый о геенском огне так учит: "Не думай, будто тамошний огонь похож на здешний: этот, что захватит, сожжет и изменит на другое, а тот — геенский — кого однажды обымет, будет жечь всегда и никогда не перестанет, почему и называется неугасимым. Ибо и грешникам надлежит облечься в бессмертие не в честь, но чтобы быть вечною жертвою тамошнего мучения". Златоустый, чтобы сколько-нибудь приблизить ум к понятию вечного мучения в огне геенском, советует представить себя заключенным в бане, выше обыкновенного натопленной, или лежащим в горячке. В сем случае баня и горячка сильно мучат, и притом составляют мучение конечное; а ежели бы и это самое мучение сделать бесконечным, каково бы было положение человека! Теперь можно уже перейти и к тому ужасному, словами не выразимому, геенскому огню бесконечному. Итак, внешнее мучение в геенне для грешников, по учению Церкви, составят неумирающий червь и неугасающий огонь (Богословие Макария, архиепископа Харьковского, т. 2, с. 657), и, наконец, и то общество злых духов, с которыми присуждается быть вечно и вместе в огне, приготовленном падшим духам. Сюда-то осуждаются и грешные души. Итак, огонь, червь, общество — вот где предстоит быть деятельности внешних чувств нового, тонкого, эфирного тела. Ничто не порадует взор, слух, осязание, вкус, обоняние. Предметы, подлежащие действию чувств, невыносимо грустные.

В геенне всякое чувство будет страдать особенною скорбию. Так, глаза будут страдать от темноты и дыма, а ежели геенский огонь сколько-нибудь осветит, то для большего страха и трепета осужденных, для того, чтобы видеть страшные образы демонов, которых самое зрение страшнее всякой муки, и для того, чтобы видеть мучимые лица грешников, с которыми в жизни сей грехами своими вместе прогневали Господа; уши услышат только непрестанный шум рыданий, жалоб и проклятий; обоняние будет страдать от смрада; вкус — от сильной жажды и страшного голода. Потому-то эти несчастные пленники, страдая в огне, мучимые ужасною казнию, плачут, стонут, рыдают, отчаиваются, но не находят и никогда не найдут ни облегчения, ни утешения. Так как деятельность ума, воли и сердца зависит, обусловливается деятельностью чувств, то погибшие, отверженные души в геенне, удалявшиеся самовольно на земле от Бога, по смерти вступят душами в состояние злых духов. Деятельность ума составляет невидение, незнание Бога; деятельность сердца — ненависть к Богу и деятельность воли — хула на Бога. Состояние погибших есть состояние ожесточенное против Бога и всего божественного, всего истинного, доброго и прекрасного.

Свидетельства вечного мучения в геенне грешников огнем находим и в Апокалипсисе: "И той имать пити от вина ярости Божия, вина нерастворена в чаши гнева Его, и будет мучен огнем и жупелом пред Ангелы святыми и пред Агнцем... боязливых же и неверных, и скверных, и убийц, и любодеев, и чародеев, и идолослужителей и всех лжецов участь в озере, горящем огнем и серою" (14, 10; 21, 8). Златоустый пишет, что здесь слово "вино" означает муку, лишенную всякой милости, облегчения.

Об огне в загробной жизни, имеющем быть в наказание грешникам, свидетельствует апостол Иуда: "Якоже Содом и Гоморра, и окрестныя их грады, подобным им образом преблудивша, и ходивша в след плоти иныя, предлежат в показание огня вечного суд подъемше".

Апостол Павел учит, что каждый получит по делам своим в загробной жизни: "яже с телом содела". Отсюда понятно, что как в деятельности на земле участвовали душа и тело, то и воздаяние в загробной жизни должны получить и душа и тело, воздаяние внутреннее — духовное, и внешнее — чувственное; потому что тело новое, при всей своей тонкости и легкости, все-таки остается вещественным, и ему нужно положительное, чувственное воздаяние.

Огонь, так часто упоминаемый в Священном Писании, пишет Московский митрополит Филарет, действует совершенно отдельно от мучений совести; не принимать положительных мук означало бы только преступный произвол. Духовные тела осужденных людей, конечно, не останутся без соответственного им вещественного наказания, так как и суд будет судить за дела души и тела. И чем тоньше будут тела духовные, тем мучительнее будет действие огня, соответственно свойствам их. Таким образом, сколько бы ни отделяли от состояния осужденных принадлежности грубого вещества, огня земного, при неизбежности существования положительных мук, не ослабили бы, а только усилили бы мучительное действие геенского огня (Догматическое богословие, т. 2, с. 513-514). Учители Церкви считали сей огонь невидимым, который пожирает и питает жертву свою, сам питаясь ее нетлением (с. 515). Василий

Великий говорит, что этот огонь — не светлый, содержащий в своей тьме полагающую силу, но лишен светозарности.

Святой Иоанн Дамаскин учит: "Огонь, которому будут преданы грешники, не такой вещественный, как наш на земле, но такой, какой известен единому Богу". Вообще же древние учители Церкви представляли, что огонь геенский не будет похож на здешний, какой мы знаем, будет жечь, но ничего не сожигать и не истреблять, будет действовать не только на тела грешников, но и на души и на самих духов, бесплотных демонов; будет какой-то мрачный, без света и таинственный. Некоторые думали (блаженные Августин и Иероним), что этот неугасающий огонь и червь неумирающий могут быть принимаемы в смысле переносном как символы жесточайших геенских мучений, что червь преимущественно выражает внутренние угрызения совести, а огонь — страшные внешние геенские мучения (там же, с. 658).

Итак, внутренние мучения грешников в геенне составляют вечное терзание неизлеченных страстей и непрестающие укоры совести за нарушение своего назначения — быть образом и подобием Божества. Действие страстей и совести в Священном Писании называется червем неумирающим и огнем неугасающим. Святой Феофилакт пишет, что червь и огнь, терзающие грешников в геенне, есть совесть грешника. Действие совести он уподобляет действию вечного угрызения червя и жжения огня.

Впрочем, объяснение, что червь неумирающий знаменует внутреннее мучение, есть только мнение частное и преимущественно принадлежит Западной Церкви. Православная Церковь признает червь червем, не пытаясь объяснить то, о чем сказано просто, без объяснения, не могущего быть удовлетворительно понятым в том состоянии, в котором мы находимся. Василий Великий адского червя признает существующим действительно, а не иносказательно, не мечтательно и отвлеченно. Иоанн Златоустый также помещает червя в числе чувственных мук геенны: "От гроба и червя, — говорит он, — перенеси мысль твою к червю неусыпающему, к огню неугасающему, к скрежету зубов, к тьме кромешной, к скорби и тесноте". Здесь, как и у Василия Великого, казнь внутренняя ясно отделена от казней внешних; в числе последних оба святителя указали на неусыпающего червя как на казнь внешнюю и чувственную. Вот внутренние и внешние мучения, упоминаемые Димитрием Ростовским: 'Там, то есть в геенне, будут: неугасаемый огонь, лютая зима, неумирающий червь, нестерпимый смрад, невыразимая тоска, тьма кромешная, ужасный глад, неутолимая жажда и невыразимая теснота" (Поучение 2 на Вход во Иерусалим Господа). Слова Писания о райском наслаждении и об адской муке должно принимать просто и прямо, настаивает Тихон Задонский: "В мире случающееся неблагополучие есть некая тень и образ будущего и вечного неблагополучия. Тяжко здесь вмененным быта между злодеями, и злым людям и безчестным причислитися; но далеко тяжчае будет причтенным быть диаволу и злым ангелам его, и с ними за едино вменяться вечно. Тяжко зле у мучителя некоего под властию быть, и от него наругание, посмеяние и всякое насилие и озлобление терпеть; но далеко тяжчае будет у сатаны, противника Божия, быть во власти, а от него поругание, посмеяние и озлобление терпеть вечно. Тяжко зде биение, страдание, болезнь, огневицу, лихорадку, зубную болезнь и расслабление тела терпеть; но далеко тяжчае будет терпеть вечно жжение огня геенского, болезнь лютую и несносную, скрежет зубов, червь неусыпающий, и душею и телом в том страдать. Тяжко зде в темнице сидеть, лишатися света и никакого не чувствовать утешения: но далеко тяжчае сидеть в адской темнице и никогда света не видеть, и всего лишитися утешения вечно. Тяжко зде жажду терпеть и желать, но не иметь прохлаждения; но тяжчае будет вечно. Словом, тяжко есть всякое страдание временное, или на душе, или на теле бываемое, всяк то знает; но несравненно тяжчайшее вечное, и ради величества, и ради продолжения, яко бесконечное, которое и душою и телом будут терпеть осужденные. Тень есть временное страдание вечного страдания. Тень есть ничто в сравнении с истиною; и временное страдание — ничто в сравнении с вечным. Познавай убо вечное страдание от временного, и берегись, да не впадеши в тое. Ныне сходи умом во ад, да не потом душею и телом снидеши.

Како стерпишь огнь жгущий, но не дожигающий, червь грызущий, но не поддающий, скрежет зубов, тьму кромешную, скаредный вид демонов, и плач, и стенание, и рыдание и прочая злая како стерлинги? Помышляй сия, сравнивай временное страдание с вечным и проженется сим размышлением, как бичем, суета от сердца твоего".

Главное основание внутреннего, геенского мучения есть вечное удаление от Бога — источника жизни и блаженства, а следовательно, и лишение всего, что происходит от сопребывания и общения с Богом, — лишение всех благ; это основание внутренних и внешних геенских мучений. Состояние мучения есть состояние, противоположное состоянию блаженства, так точно, как состояние болезни противоположно состоянию здравия. Мучение есть скорбное, страдательное состояние всех чувств, а блаженство — состояние чувств радостотворное. Первое состояние преисполнено вечной скорби, а второе — радости.

О внутренних мучениях грешников в геенне архиепископ Харьковский Макарий в своем Догматическом богословии (т. 2, с. 656-657) пишет: "Тогда исполнится на них во всей обширности слово апостола: скорбь и теснота на всякую душу человека, творящего злое. Воспоминание прошедшей жизни, которую так безрассудно погубили они на порочные дела, непрестанные укоры совести за все, когда-либо соделанные, беззакония, позднее сожаление о том, что не воспользовались богодарованными средствами ко спасению; тягостнейшее сознание, что уже нет возможности покаяться, исправиться и спастися, — все это будет терзать несчастных непрестанно".

С окончанием царства благодати и наступлением царства славы, в будущей загробной жизни грешников постигает праведный гнев Божий, о котором свидетельствует Давид: "Лице же Господне на творящия злая, еже потребити от земли память их" (Пс. 33, 17), то есть Господь, видя их беззакония, произносит на них приговор конечной погибели. Соломон так изображает внутренние мучения грешников в геенне: "И рекут в себе, кающеся и в тесноте духа воздыхающе: заблудихом от пути истиннаго, и правды свет не облиста нам, и солнце не возсия нам. Беззаконных исполнихомся стез и погибели, и ходихом в пустыни непроходимыя, пути же Господня не уведехом. Что пользова нам гордыня и богатство с величанием, что воздаде нам; прей-доша вся яко сень, и яко весть претекающая... Так о и мы рождени оскудехом, и добродетели убо ни единого знамения можем показати, во злобе же нашей скончахомся" (Прем. 5, 3, 6-9, 13).

'Те, — пишет Василий Великий, — которые делали зло, воскреснут на поругание и стыд, чтобы увидеть в самих себе мерзость и отпечатление соделанных ими грехов. И может быть, страшнее тьмы и вечного огня тот стьщ, с которым увековечены будут грешники, непрестанно имея пред глазами следы греха, соделанного в плоти, подобно какой-то невыводимой краске, навсегда остающейся в памяти душ их." Апостол Павел о внутренних мучениях в геенне грешников пишет: "Иже муку приимут, погибель вечную от лица Господня и от славы крепости Его" (2 Фес. 1, 9).

По учению Самого Господа Иисуса Христа, геенну наследуют неверующие (Мк. 16, 16), некрещеные: "Не верующий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем" (Ин. 3, 36). Как из веры вытекают покорность и послушание, так, наоборот, из неверия — упорство и непослушание. Упорное неверие — вечная погибель, и таковой неверующий не увидит жизни вечной. Один путь ко спасению — вера в Искупителя; посему неверующие отходят в вечность грешниками, состоящими под гневом Божиим, непримиренными с Богом, и гнев Божий пребывает на таковых грешниках. Здесь, на земле, солнце светит и праведникам и грешникам, и дождь орошает и тех и других, и самая благодать часто действует и чрез недостойных — так, как мы, например, освящаемся и от недостойных священников. Не чрез свое достоинство, но единственно ради имени Иисуса, о имени Которого все существа поклоняются, небесные, земные и преисподние, — ради сего-то всемогущего имени и неистинные христиане могут делать сверхъестественное. Однако сии дела их не оправдают, и они, будучи лукавыми, не имеющими той любви, которая служит основанием всей добродетели, хотя бы, по свидетельству апостола Павла, говорили и ангельскими языками, все-таки пойдут во ад за свое лукавое сердце: Я никогда не знал (не любил) вас, отойдите от Меня, делающие беззаконие (Мф. 7, 23). В другом месте Господь Иисус Христос прямо учил, что жителями геенны будут все немилосердые как чуждые заповеданной им любви и потому не принимающие участия, не сочувствующие состоянию нуждающихся в нашей помощи, духовной и материальной. Геенну наследуют из крещеных хулители Святаго Духа, то есть ожесточенные, нераскаявшиеся грешники. Неверующие осуждаются в геенну потому, что не веровали, а следовательно, и не крестились, остались в состоянии греховности прародительского греха, то есть в состоянии осуждения за сей грех, так как без деятельной веры не усваиваются плоды искупительной жертвы Богочеловека. Не признавшие Искупителя остались вне искупления — неискупленными. В другом месте Господь говорит, что по воскресении и соединении тел с их душами изьщут делающие зло в воскресение осуждения (Ин. 5, 29), то есть все не оправдавшие себя на земле делами и жизнию по вере воскреснут для осуждения на вечную смерть (муку). А евангелист Матфей пишет, что делающие беззаконие ввержены будут в пещь огненную, где будет плач и скрежет зубов. Делающие беззаконие — значит, проводящие жизнь не по-христиански, безнравственно, нравственное состояние которых соответствует состоянию злых духов. Итак, все нечестивые, то есть не верующие во Христа, и все злочестивые, то есть еретики, а также и те из православных христиан, которые проводили жизнь во грехах или впали в какой-либо смертный грех и не уврачевали себя покаянием, наследуют вечное мучение вместе со злыми духами. Отчаянная злоба составляет характер злых духов; лица их похожи на безобразные лица злодеев и преступников между человеками. Этот характер напечатлен на лицах погибших душ в геенне. Сии последние слова Спасителя: "идите во огнь, уготованный диаволу" — прямо свидетельствуют, что грешники в геенне также будут вместе и притом в сообществе со злыми духами, потому что огнь приготовлен им и их сообщникам, потерянным и отверженным душам. Место общее для духов и душ, где плач, проклятие и скрежет зубов, где нет уже родства, дружбы, знакомства, приязни; нет никакого общения. Это сообщество отверженных душ с падшими духами, засвидетельствованное Самим Господом, точно так же, как и сообщество спасенных в Царствии Небесном: "Многи приидут... и возлягут с Авраамом, Исааком, Иаковом в Царствии Небесном".

Апостол Павел определил характер второго периода загробной райской жизни (1 Кор. 2, 9), которая будет так блаженна, что живущие на земле ее прелести не могут себе и вообразить, так точно, как не могут себе представить блаженной жизни прародителей в раю; время сокрыло и прошедшее, и будущее блаженство от настоящего времени. Будущее блаженство второго периода не только не могут представить живущие на земле, но даже и жители рая не знают своего будущего блаженства. Это определение не-погрешительно можно отнести и к отличительному характеру второго периода и геенского состояния, которое будет столь ужасно, что не только находящиеся на земле, но и находящиеся уже за гробом в геенне не могут и там себе представить всего ужаса мук второго периода, которых ни око человеческое никогда и нигде не видело, ни ухо не слышало, которые, однако же, существуют, уготованы исключительно диаволу, а затем и всем душам, следующим его внушениям и проведшим земную жизнь без веры во Христа и без покаяния. Следовательно, описать точно геенское состояние второго периода невозможно, по учению избранного сосуда Святаго Духа апостола Павла.

Ежели все зло на земле: все бедствия, скорби, болезни, неудачи, обиды и тому подобное — есть только едва приметная тень будущего злострадания в первом периоде в геенне, то каково же должно быть бедствие осужденных в геенне второго периода, чему подобного не было ничего ни на земле, ни в самом наказании грешников в первый период, наказании, о невыносимости которого приведем рассказ Святогорца. Сколько невыразимо мучительно пребывание в геенне, показывает пример одного расслабленного, который, изнемогая в духе терпения, с воплем просил Господа прекратить его страдальческую жизнь. "Хорошо, — сказал явившийся больному ангел, — Господь, как неизреченно Благ, соизволяет на твою молитву; Он прекращает твою временную жизнь, только с условием: вместо одного года страданий на земле, которыми каждый человек, как золото в огне, очищается, согласен ли ты пробыть три часа в вечных мучениях? Твои грехи требуют очищения в страданиях собственной твоей плоти; ты должен бы еще быть в расслаблении год, потому что как для тебя, так и для всех верующих нет другого пути к небу, кроме крестного, проложенного безгрешным Богочеловеком. Этот путь тебе наскучил на земле, испытай, что значат вечные муки в геенне, куда идут все грешники; впрочем, испытай оные только в течение трех часов, а после молитвами Святой Церкви ты будешь спасен." Страдалец задумался. Год страданий на земле — это ужасное продолжение времени! Лучше же я вытерплю три часа в этих бесконечных муках, сказал он сам себе, чем год на земле. "Согласен в геенну", — сказал он наконец ангелу. Ангел тихо принял его страдальческую душу и, заключивши ее в преисподних ада, удалился от страдальца со словами утешения: "Чрез три часа явлюся я за тобою". Господствующий повсюду мрак, теснота, долетающие звуки неизъяснимых воплей грешников, видение духов злобы в их адском безобразии — все это слилось для несчастного страдальца в невыносимый страх и томление. Он всюду видел и слышал только страдания и вопли и ни ползвука радости в необъятной бездне ада; одни лишь огненные глаза демонов сверкали в преисподней тьме и носились пред ним их исполинские тени, готовые сдавить его, пожрать и сжечь своим геенским дыханием. Бедный страдалец затрепетал и закричал; но на его крик и вопли отвечала только адская бездна своим замирающим вдали эхом и клокотанием геенского пламени, которое клубилось в виду трепетавшего заключенного. Ему казалось, что целые века страданий протекли уже, с минуты на минуту ждал он к себе светоносного ангела, но ангела не было. Наконец страдалец отчаялся в его возвращении и, скрежеща зубами, застонал, но никто не внимал его воплям. Все грешники, томившиеся в бездне геенской, были заняты собою, своим собственным только мучением, и ужасные демоны в адской радости издевались над мучениями грешников. Наконец тихий свет ангельской славы разлился над бездною. С райскою улыбкою приступил ангел к этому страдальцу и спросил: "Что, каково тебе, брат?" — "Не думал я, чтобы в устах ангельских могла быть ложь", — прошептал едва слышным, прерывающимся от страданий голосом страдалец. "Что такое?" — возразил ангел. — "Как что такое? — произнес мучимый, — обещался меня взять отсюда чрез три часа, а между тем целые годы, целые века протекли в моих невыразимых страданиях." — "Помилуй, что за годы, что за века? — кротко и с улыбкою отвечал ангел. — Час только прошел со времени моего отсутствия, и два часа еще сидеть тебе здесь." — "Как два часа? — в испуге спросил страдалец, — два часа? А разве час только прошел? Ох!.. Не могу более терпеть; нет силы! Если только можно, если только воля Господня, умоляю тебя, возьми меня отсюда! Лучше на земле буду страдать годы и века, даже до последнего дня, до самого пришествия Христова на суд, только возьми меня отсюда. Пожалей меня!" — со стоном воззвал заключенный, простирая руки к светлому ангелу. — "Бог как Отец щедрот и утехи удивляет на тебе благодать Свою; но ты должен знать и помнить, сколь жестоки и невыносимы геенские мучения" (Святогорец. 1 часть, 15 письмо).

В печали, в уныньи стоят недалеко Те люди, что жизни лишились охотой, Себя умертвивши: гнушаяся светом, Они отогнали в припадке безумья Далеко от тела строптивые души... О, как бы хотелось пожить им на свете, Хоть в бедности, горе и тяжких заботах! Но Рок не дозволит: их держит волнами, Как цепью, болото, и Стикс, перевившись Раз девять в теченьи, их вон не пускает.

(Энеида Виргиния, кн. б)

Вот картина, представляющая загробную жизнь самоубийцы в религиозно-нравственном сознании римлян, представленная Виргилием. Религиозно-нравственное чувство греков и римлян не допускало этого способа самовольного прекращения жизни. И Цицерон осуждал самоубийц, и Платон учил, что священную обязанность для грека составляло добросовестное, приличное, почетное погребение умерших, что и служило предзнаменованием их счастливой загробной жизни; тогда как самоубийцы подвергались лишению некоторых почестей при погребении, что и составляло позор для покойника и вместе с тем предзнаменование, что самоубийцу ждет за гробом не радость. Итак, смерть самоубийцы считалась позорной на земле, среди живых, а как, по их понятиям, живут самоубийцы за гробом, высказал Виргилий.

 

 

 


[ К содержанию: "Как живут наши умершие и как будем жить и мы по смерти" ]

[ Cкачать книгу: "Как живут наши умершие и как будем жить и мы по смерти" ]

Рекомендуйте эту страницу другу!

Подписаться на рассылку




Христианские ресурсы

Новое на форуме

Проголосуй!