Застольные истории - Рецепты постных блюд Христианская библиотека. Скачать 123 рецепта постных блюд.
Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я - медь звенящая или кимвал звучащий.                Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так - что могу и горы переставлять, а не имею любви, - то я ничто.                И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, - нет мне в том никакой пользы.                Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится,                Не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла,                Не радуется неправде, а сорадуется истине;                Все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.                Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится.               
На русском Христианский портал

УкраїнськоюУкраїнською

Дополнительно

 
Застольные истории
   

Вернуться к содержанию книги "Рецепты постных блюд"


Больше трех блюд на столе —
и с трапезы уходит Ангел-хранитель.

Схиархимандрит Виталий (Сидоренко)

На прощеное воскресенье было у отца Серафима «великое утешение», и брат Виталий вместе с другими чадами батюшки был на этом ужине. Когда все уже насытились, хозяйка дома вдруг обнаружила, что целый казан молочной рисовой каши остался несъеденным.

«Батюшка! - умоляющим тоном обратилась она к отцу Серафиму, — ну не выбрасывать же столько каши на улицу!»

Отец Серафим, окинув всех взглядом, остановился на Виталии. Тот, как истинный послушник, сложив руки, сказал: «Благословите, отче!»

— Бог благословит, иди съешь, — ответил старец.

— Ну наверное лопнет Виталий, — подумали многие, - или заворот кишок будет. Ну как это можно после такого ужина съесть ещё три литра каши?

Но вскоре появился брат Виталий, бодрый и радостный, а когда его спросили, как он себя чувствует, ответил: «За послушание съел и почти ничего не почув- ,-ствовал, будто и не ел».

Пример такого дивного послушания подал нам удивительный подвижник — схиархимандрит Виталий (Сидоренко),

воспитанник Глинской пустыни, ученик великих старцев. Он прошёл путь и монастырского послушника, и странника -юродивого, и монаха - пустынника, явившись, наконец, пастырем многих Христовых овец.

От дня кончины приснопамятного схиархимандрита Виталия нас отделяет небольшой промежуток времени, поэтому стало возможно собрать воспоминания о нём его духовных чад и непосредственных свидетелей его жизни.

* * *

Пища у отца Виталия всегда была самой простой. «Больше трех блюд на столе - и с трапезы уходит Ангел-хранитель», - говорил он. За столом все ели из одной общей миски. Батюшка всем раздавал из мешочка хлеб, благословляя его. Сам же он ел крайне мало, но любил, когда все вокруг были сыты. И гости у него насыщались, съев всего несколько ложек. «Хотя мы ели у батюшки простую картошку и слезами закусывали, я никогда не сравню эту трапезу ни с какой другой. Такая была вокруг чистота и теплота - на земле не найти», - вспоминает его духовная дочь А.

Даже когда к батюшке приезжали архимандриты и епископы, им подавали ту же пищу, какую ели все, и посуда была самая дешевая. «Надо всю жизнь учиться смирению», - говорил отец Виталий.

Иногда батюшка сам готовил пищу, и делал он это весьма своеобразно: «Что вы суетитесь вокруг еды? Я, когда готовлю, кладу что есть: есть капуста — капусту, есть конфетка - конфетку, есть селедка — селедку. Всего положу — и все вкусно». И действительно - все ели и только нахваливали. Видимо, весь секрет заключался не в кулинарном мастерстве, а в молитве батюшки.

Отец Виталий учил, что пищу надо готовить с молитвой — Иисусовой или «Богородице Дево радуйся», — иначе еда будет не на пользу. Когда женщины, несшие послушание на кухне, отвлекались на разговоры и забывали о непрестанной молитве, батюшка чувствовал это и спрашивал: «Кто варил? Почему молитву не творили, не крестили пищу?» И часто искренне недоумевал, о чем еще можно разговаривать, кроме как: «Господи Иисусе Христе, помилуй нас, грешных».

Очень он не любил, когда выражали недовольство пищей. «Что ни дадут -все принимайте с благодарением, — говорил он, - представляйте, что и этого недостойны за грехи наши тайные, коих никто не знает».

Иногда свою прозорливость Батюшка прикрывал добродушным юмором.

Анна П.:

«Однажды сидим мы за столом, - батюшка, Таня из Ростова и я. Таня начала рассказывать: «Когда вы, батюшка, были в Москве, нас здесь посетили гости, и от обеда осталось немного вина. Бутылка эта мешала, мы не знали куда ее детъ и решили допить вино. Через несколько дней приходит от вас открытка, на ней изображен накрытый стол с бутылками и рюмками, а на обороте написано: «Винопийцы».

Батюшка смеется, толкает меня и говорит: «Ты слышишь?» «Слышу, — говорю, - как вы наши дела обличаете. Видите из Москвы, что мы в Тбилиси творим».

«А в другой раз, - продолжала Таня, -захотелось нам рыбы. Я вспомнила, что на чердаке была сухая рыбка. Мы достали ее и съели. Через несколько дней батюшка присылает открытку: «Рыбоеды!»

Батюшка опять смеётся и поглядывает на меня: дескать, ничего не бывает тайного, что ни сделалось бы явным».

В духовной жизни отец Виталий наилучшим признавал постепенное совершенствование - так называемый «царский путь». Он никогда не нагружал человека большим молитвенным правилом, не советовал браться за чрезмерные подвиги. Так однажды один студент рассказал отцу Виталию, что его духовник запретил ему в среду и пятницу вкушать какую-либо пищу. Батюшка был огорчён: такой подвиг этому юноше был не по силам.

Много лет заветным желанием отца Виталия было соблюсти пост от Вознесения до Троицы, как некогда апостолы пребывали в посте, ожидая сошествия на них Святаго Духа. Но в этот промежуток времени к батюшке в гости обязательно приезжал кто-либо из священников, не возлагавших на себя этого добровольного поста. И тогда отцу Виталию приходилось за общей трапезой есть вместе с ними скоромное, дабы своим воздержанием не укорить их.

О пристрастии к земному отец Виталий говорил: «Не ищи вкусной, сладкой, жирной пищи. Надо всем пользоваться так, чтобы была сила на труды, а прочее не во спасение. Чтобы победить врага, надо победить свое тело, себя победить. А мы, то и дело, даём себе поблажку - то переели, то переспали. А надо помнить: переел - капкан, переспал - капкан».

Память людей, знавших отца Виталия, сохранила, казалось, незначительные эпизоды, но в них видна та же великая сила любви, которая поражала. Например, батюшкиноотношение к животным, которых он очень любил. Вспоминает монахиня И.:

«У батюшки была особенная кошка. Во время поста все ели постный борщ — и она тоже. Если кто-то давал ей в это время колбасу - она не брала. Когда все становились на молитву, кошка садилась тут же и тихо высиживала всё правило. Животные чувствовали его любовь и отвечали необыкновенной привязанностью».

В пасхальном письме к чадам незадолго до своей смерти он отправил одно замечательное поучение, которое можно назвать духовным завещанием самого отца Виталия: «Полюбите ближнего! И вы полюбите Христа. Полюбите обидчика и врага! И двери радости распахнутся для вас, и Воскресший Христос сретит вашу воскресшую в любви душу. Вот и всё! Так мало ждёт от вас Господь! В этом - наш рай! Это - наше Воскресение!»



Рекомендуйте эту страницу другу!






Подписаться на рассылку




Христианские ресурсы

Новое на форуме

Проголосуй!