Паломничество Ланселота - Глава 20

Юлия Николаевна Вознесенская

"Паломничество Ланселота"

Часть 1

Глава 20

Айно сказал, что детей везут в ужасных условиях и будет лучше их разделить: поло-вина продолжит путь в автобусе, но уже не в тесноте и духоте, а остальных придется везти морем. Время от времени автобус и ката-маран будут встречаться на берегу и обме-ниваться пассажирами:  это поможет детям меньше утомляться в дороге и развлечет их немного.

По совету Айно пилигримы принялись строить новые палубные помещения на ка-тамаране. В крепости Жизор нашлись дос-ки, гвозди и рабочий инструмент; руково-дил перестройкой катамарана старый Поль, оказавшийся в прошлом не только асом, но и плотником.

Однажды Айно подошел к Дженни, по-могавшей плотникам, и объявил:

- Дженни, я поговорил с вашим осли ком: отныне Патти сможет есть дьяволох, его организм теперь способен его усваи вать. Но  только молодые побеги, чтобы не стать агрессивным. Следите за этим. Я сде лал это для того, чтобы вы не отдавали так много сил попечению о своем сером друге: впредь вам придется больше думать о детях, которых я вам поручаю. - Спасибо, Учитель!

Леди Патриция, Эйлин и Хольгер в стро-ительстве палубных надстроек не участво-вали. Леди Патриция лежала в отведенной женщинам комнате и спала. Айно наслал на нее глубокий и целительный сон, от которо-го она пробуждалась только три раза в день, чтобы поесть, справить туалет и немного поговорить с дочерью.

Эйлин и Хольгер почти все время про-водили с Диной  и ее воспитанниками. Ма-ленькие друзья Эйлин водили ее по всему острову, она учила их хорошим манерам и рассказывала им сказки, и за эту дружбу пилигримы так и продолжали звать ее Бело-снежкой. Впрочем, доктор утверждал, что она больше похожа на Мэри Поппинс.

Хольгер, обнаружив, что почти у всех воспитанников  тонкий музыкальный слух и чистые звонкие голоса, изъявил готовность заниматься с ними пением. Айно благосло-вил благое начинание. Эйлин серьезно учи-лась музыке, и Айно попросил ее помочь Хольгеру, вручив ей альбом с православны-ми песнопениями. Результат все услышали уже через несколько дней, когда на литургии в домашнем храме воспитанники в первый раз спели хором "Отче наш" и "Верую".

- Им буквы давались намного труднее, чем ноты! - восхитилась Дина. - А как укра шает церковную службу хоровое пение! Хольгер и Эйлин,  а вы не думаете о том, чтобы остаться с нами? Вы могли бы вместе продолжать учить детей музыке.

- Я останусь, если останется Эйлин, -сказал Хольгер. - Без нее мне не обучить детей музыкальной грамоте.

- А я останусь, если останется моя мама. Но леди Патриция ответила решитель ным отказом.

- Девочка моя, мне здесь очень нравит ся, этот сад  просто волшебен, но ты же знаешь, дорогая, что я не люблю клонов! -сказала она.

- Мамочка, ну какие же они клоны? Это милые и невинные клоники!

- Я не хочу о них говорить, дорогая, -сказала леди Патриция, и разговор был окончен.

Эйлин, огорченная, пришла к Айно и спросила:

- Учитель! Вы не можете сделать так, чтобы моя мама  полюбила клоников?

- Ты сама любишь их недостаточно, Эйлин. -Я не люблю?!

- Я не сказал "не любишь", я сказал "любишь недостаточно". Вот ты зовешь их "клониками", а это почти  то же самое, что "клоны". Ты их любишь как меньших брать ев. Дина никогда не называет своих воспи танников "клонами" - вот она их действи тельно любит. Я думаю, тебе лучше вместе с твоей  матерью и другими паломниками от правиться странствовать дальше.

На глазах девочки выступили слезы оби-ды и стыда.

- Не плачь, моя хорошая! Ты не пред ставляешь, как ты нужна будешь в дороге Ланселоту. Ты поможешь ему смотреть за детьми, которых вам предстоит спасти. Там ты будешь нужнее. Но пока вы с Хольгером  здесь, продолжайте учить пению наших де тей. А с твоей матерью я поговорю.

Айно не стал вызывать к себе леди Пат-рицию, а сам разыскал ее на другой день в саду после завтрака: леди Патриция сидела на зеленой полянке и читала книгу, взятую в библиотеке замка.

- Сестра моя Патриция, можно мне по сидеть с тобой?

Женщина подняла на него удивленный взгляд и кивнула. Айно пустился на траву напротив леди Патриции и спросил ее:

- Известно ли тебе, сестра, в честь кого тебе дали имя Патриция?

- Конечно. В честь моей бабушки. Так называли многих женщин в моей семье, это любимое имя в нашем роду.

- А мальчиков часто называли Патри ками, не правда ли?

- Да. Это распространенное ирландское имя.

- Я хочу тебе поведать, сестра, если ты этого не знаешь, что имена Патрик и Пат риция давались маленьким ирландцам в честь святого равноапостольного Патрикия.

Леди Патриция задумалась, сосредото-ченно нахмурив брови, а потом кивнула:

- Я вспомнила. Когда я была маленькой, День святого  Патрика отмечали в наших краях большим всенародным праздником. Потом  этот праздник запретили, когда власть на земле захватило это чудовище...

- Не будем говорить о нем сейчас. Так вот, сестра, святой Патрик, или Патрикий, а по латыни - Патриций, что значит "благо родный", был крестителем Ирландии. Это он основал в твоей стране  православную христианскую Церковь и монашество. Он не убоялся язычников-кельтов, не брезговал их непохожестью на христиан - он их лю бил и приводил к Христу. Один из твоих предков, сестра, служил ему верой и прав дой, хотя и был воином. Вот почему в вашем роду так часто встречаются эти имена -Патрик и Патриция. И тебе твое имя дали при крещении в честь святого Патрикия.

- Этого я не знала. Признаться, я забыла даже, что меня крестили в детстве. - Леди Пат риция задумалась, помолчала некоторое вре мя, а потом спросила: - Как я понимаю, вы не просто так все это сейчас мне рассказываете?

- Да. Я хочу, чтобы ты была готова бе режно и ласково учить вере в Иисуса Хрис та детей человеческих - детей несчастных, измученных, увечных, голодных и грязных

- Но я не знаю таких детей, Учитель!

- Ты скоро встретишь их. Неси им лю бовь, добро и свет Христов, трудись в па мять святого Патрикия. - И тогда моя жизнь снова обретет смысл?

- Да, дорогая моя сестра. В служении Христу и детям  ты снова обретешь смысл жизни.

Каждый день после ужина и вечерней молитвы в храме Айно беседовал с паломни-ками и оглашенными - так он называл тех, кто готовился к святому крещению. Он чи-тал им вслух Святое писание, объяснял не-понятные места и отвечал на вопросы.

Якоб не отходил от Айно и не пропускал ни одной службы в храме. Он и на "Мерлине" трудился, не прекращая молитвы, и посколь-ку все мысли его были о Христе, то и работа с топором и пилой нравилась ему потому, что Христос в юности был плотником.

Как-то вечером Айно позвал Ланселота для беседы.

- Брат мой Ланселот, - начал он, - твои спутники очень  изменились за время ваше го странствия.

- Дорогой Айно, я сам вижу, что проис ходит с моими людьми. Но ты напрасно беспокоишься, я совсем не противник их веры, моя матушка была христианкой, а я очень любил ее.

- Так это в память о ней ты возишь с собой Библию и распятие?

- Да. Я обещал ей не расставаться с ними и выполняю обещание. Но сам я по клялся в верности Мессии, живому богу пла-нетян, и я не мог бы идти за исцелением в Иерусалим, если бы носил крест на груди, а не возил его за собой в моем рундуке на катамаране всего лишь как память о матери. Мне кажется, что эти две веры взаимно исключают друг друга.

- Вот тут ты абсолютно прав, брат Лан селот. О, если бы христиане поняли эту несовместимость в самом начале, когда гло балисты  только начали объединять мир, го товя его к принятию Антихриста!

- Я и сейчас не вижу ничего плохого в том, что глобалисты попытались создать еди ную мировую цивилизацию. К несчастью, все кончилось Катастрофой.

- В которой, замечу, именно они первы ми и погибли.  - Зато мир все-таки был объединен.

- Скажи честно, брат Ланселот, впрочем, ты всегда честен, - а тебе нравится этот новый объединенный мир?

- Нет, пророк, он мне совсем не нравит ся. Этот мир,  по-моему, катится к концу.

- И опять ты прав, мой Ланселот! И все же ты хочешь  идти в Иерусалим?

- Да. Ты не знаешь, Айно, что это такое -быть прикованным  к инвалидной коляске и всю жизнь передвигаться на колесах. Я очень хочу встать на свои собственные ноги. Дать это может мне только наш Месс, но никак не ваш Иисус. - А вот на этот раз ты ошибся.

- Не трать на меня время, не читай мне проповеди, пророк. Ты ведь не обо мне хо тел говорить? Я знаю, что доктор давно веру ет, а Дженни готова креститься и только опасается моего недовольства. Напрасно опа сается: своей искренней детской верой в Бога она мне напоминает  мою матушку. Что же касается Якоба, то он, по-моему, настолько возлюбил Христа, что готов уже не только сам креститься, но и всех вокруг крестить. - Он это и будет делать, - кивнул Айно.

- Якоб что, в самом деле намерен стать священником? - Да. И я уже готовлю его к служению.

- Значит, он останется на Жизоре? Ну что ж, за Хольгером  мы присмотрим и дос тавим его в Иерусалим на исцеление. На обратном  пути мы сможем завернуть сюда и оставить его у брата...

- Не спеши! Я вовсе не говорил, что Якоб останется здесь, чтобы долгие годы готовиться к священству, как это было в давние  времена. Я рукоположу его в день крещения всех наших оглашенных, и он  смо-жет плыть дальше с тобой и братом.

- Так это кто спешит? - усмехнулся Лан селот.

- Ты прав, - улыбнулся Айно, - спешим, конечно, мы  с братом Якобом, а торопит нас время. - А время тут при чем?

- Нынешнее время требует, чтобы слуги Божьи прошли по всей земле и подобрали для Господа все, что еще можно спасти. Мы должны собрать в Его житницу все до пос леднего колоска.

- Проще говоря, вы хотите крестить всех, кого удастся?

- Да. Так ты возьмешь с собой Якоба, если я рукоположу  его в иереи?

- Ладно уж, прихвачу твоего иерея-ско роспелку, -  улыбнулся Ланселот, - пусть в нашем Ноевом ковчеге будет еще и свя щенник.  Тем более что, как я понял, ты собираешься крестить и всех остальных, пророк? - Нет, только Дженни и Эйлин. - Что ж так слабо? Почему только их?

- Все другие крещены еще в детстве. Здесь, на острове Жизор, они только укрепились в вере.

- Вот как. Выходит, в каком-то смысле я снова остаюсь  в одиночестве...

- Это так, но придет и твое время. Хрис товой любви сопротивляться бесполезно, мой честный и упрямый брат Ланселот, а Христос  возлюбил тебя особо, это мне от крыто. Крестишься ты все равно, это мне ведомо, вот только водой или кровью, этого я пока не знаю...

Последние слова Айно проговорил как бы про себя. Ланселот их не понял, лишь пожал широкими плечами и ничего проро-ку не ответил.

Они расстались: Айно ушел в замок, а Ланселот остался сидеть в саду у фонтана. Журчала вода, негромко пели птицы, а ему было  грустно и, как всегда после беседы с пророком, слегка ломило в висках.  Но когда через четверть часа он услышал, что на катамаране зазвенела пила и застучали мо-лотки, он утешился и встряхнулся: как бы там ни было, а паломничество в Иерусалим продолжается!

К концу второй недели пребывания на острове катамаран был готов к выходу в море, а оглашенные - к крещению. Брат Якоб должен был после общего крещения рукополагаться в диаконы, а на другой день -в иереи.

Крестил всех сам Айно, а купелью служил большой фонтан в саду. Сток в бассейне пере-крыли, и когда в нем набралось достаточно  воды, отключили и сам фонтан. Готовые к святому крещению воспитанники  и Дженни с Эйлин были одеты в длинные белые рубаш-ки: их собственноручно сшили Дина и вторая воспитательница по имени Мэри, будущие кре-стные матери всех крещаемых. Быть крест-ным отцом воспитанников вызвался старый Поль, а паломниц - доктор Вергеланн.

Воспитанники вошли в бассейн, и он едва вместил их всех, вставших плечом к плечу. По знаку Айно дети потеснились, и в каменную  купель, держась за руки, вошли Дженни и Эйлин. Трижды возглашал Айно "Во имя Отца, аминь, и Сына, аминь, и Святаго Духа, аминь..."  и трижды все окуна-лись с головой в освященную воду. Воспи-танникам  Айно дал настоящие христианс-кие имена, женские и мужские, и при этом ни разу не повторился. Дженни получила православное имя Евгения, а Эйлин  - Еле-на. Потом новые христиане хором, все еще стоя в воде, спели "Символ Веры" и стали по одному выходить из купели. Айно каждо-му надевал золотой крестик на шелковом шнурке и еще раз называл его новое имя, а бывшие клоны громко повторяли данные им имена святых. Крестные матери дарили воспитанникам маленькие книжечки Еван-гелия, а сестры Елена и Евгения получили в подарок большие старинные Библии.

Потом новые христиане, обсыхая на солнце, слушали проповедь Айно.

- Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, -начал он. - Дорогие братья и сестры и доро-гие мои дети! Простите, что в этот великий для вас и для нас день я начну свою пропо-ведь горьким словом.  От своего рождения вы не знали ни отца, ни матери. Больше того, вы и самих себя не знали: вам было неведомо, кто вы такие и зачем живете на земле? Злые люди, давшие вам жизнь, при-казывали вам творить злые  дела, заставля-ли грешить. Любовью и строгостью мы на-учили вас различать добро и зло, открыли вам истину о Боге. И вот вы приняли святое Крещение. Вы родились не полтора десятка лет назад в лабораториях хитроумных уче-ных,  вы родились сегодня вот из этой купе-ли. С сегодняшнего дня вы не только наши дети, вы - дети Божьи! Но вы останетесь нашими учениками, потому  что миллионы бедных клонов остались непросвещенны-ми, неразумными и продолжают мучиться и творить зло: нужно много учителей, чтобы успеть спасти хотя бы некоторых из них. Это и будет ваше служение Господу, отныне и вашему Создателю. Аминь.

А теперь слово к вам, новые христианки Евгения и Елена,  мои духовные дочери. Вы думаете, наверное, что до крещения очень отличались от клонов. Нет, дорогие мои, в глазах Господа вы были одинаково неразум-ны. Но была одна великая разница: бедные клоны не имели надежды на спасение, но не имели и греха. Их создали слугами Антихри-ста, а вы стали ими добровольно, приняв его печать. Перед крещением вы все покаялись в этом, и сегодня - взгляните на ваши руки! -печати с вас полностью смыты. Этот грех снят с вас покаянием и крещением. Но вы еще должны принести достойные плоды по-каяния, чтобы предстать перед нашим Гос-подом в день Его второго  пришествия пол-ностью оправданными. День этот недалек. Торопитесь трудиться  для Бога, возлюблен-ные мои дочери, спешите делать добро. Гос-подь при дверях. Аминь.

После проповеди Айно совершил об-ряд рукоположения  в диаконы Якоба, и тот стал отныне зваться отцом Иаковом. На-завтра  ему предстояло принять таинство священства.

К Эйлин-Елене подошла Людмила, быв-шая Эль.

- Эйлин! А ты уже знаешь, как меня теперь зовут?

- Знаю, Людмила. А ты знаешь, Людми ла, что ты блондинка? - Кто я такая?

- Блондинка. Так называют девочек со светлыми, как у нас с тобой, волосами.

Людмила робко провела рукой по своей голове. - Ой, что это?

- Это начали расти твои белокурые во лосы. Они скоро еще подрастут и станут очень красивыми. Уже и сейчас видно, что они будут виться.

- Кей!.. Ой, Христофор! Христофор, иди сюда! Посмотри, какая я стала блон динка!

К Людмиле подбежал бывший Кей, в крещении Христофор. Мальчик стал теперь почти на голову выше Людмилы. У него на голове тоже  показалась темная щетинка. Он полюбовался короткими завитками на голо-ве подруги, а потом они взялись за руки и отправились бродить по саду.  Сияющая Дженни подошла к Ланселоту.

- Ланселот, перед тобой новая христи анка Евгения! Ты рад за меня?

- Конечно, я рад за тебя, Дженни-Артур-Евгения.

- Смотри, теперь у меня есть собствен ная Библия.  Посмотри на воспитанников, как они изменились после крещения!

Ланселот поглядел на бывших клонов и увидел, что Дженни права: их лица теперь даже отдаленно не напоминали косоглазые маски,  черты приобрели красоту и разнооб-разие. И теперь уже без всяких колпачков стало ясно, кто из них девочка, а кто мальчик.

- Однако и вправду велик твой Господь, Дженни, - удивился Ланселот, разглядывая преобразившихся клонов. - Он и твой Господь тоже, Ланселот!

- Может быть, может быть... И однако же, признавая Его величие, я все равно никогда не смогу полюбить Его, моя Джен ни. Он даже имя тебе дал новое. - Ты ревнуешь?

- Конечно, я ревную, ведь с таким со перником мне не сравниться! - Так ты веришь в Него?

- Я только замечаю, что Он постоянно встает у меня на дороге! - И помогает тебе!

- А вот этого - не замечал. Мне гораздо ближе и понятнее  Мессия, которого вы все зовете Антихристом: он действительно ис целяет страждущих людей. - А Христос - преображает!

- Да на здоровье! Мне-то от того какая польза?

- Ланс, я хочу сказать тебе одну вещь, но боюсь.

- Говори, Дженни!

- Надо ли тебе, Ланс, принимать исце ление от Антихриста? Душой и телом ты самый здоровый и выносливый человек из всех, кого я знаю. - Скажешь тоже! А ноги?

- Подумаешь, ноги! Не у всех все есть, вон Хольгер - слепой, а это хуже, чем не уметь ходить. Ну-ка, согни руку в локте  и напряги мускулы!

Ланселот послушно согнул руку и напряг бицепс. Дженни  попробовала нажать сначала пальцем, а потом и кулаком, но мускулы Лан-селота  даже не спружинили под ее руками.

- Видишь? У тебя стальные мускулы, Ланс, а ты совсем  недавно перенес такое страшное воспаление легких. Ты только ду ховно  не здоров, а ведь как раз от этого Антихрист тебя не вылечит.

- Это почему же я духовно не здоров? -улыбнулся Ланселот. - В здоровом теле -здоровый дух, как говорили древние греки.

- Греки ошибались. Это у здорового духа здоровое тело. Если ты тоже крестишься, ты станешь духовно зрелым и будешь при нимать  свое увечье без ропота. Доверься Господу, Ланселот! - Твой Господь не исцелит меня, Дженни.

- Ох, Ланселот... - вздохнула Дженни. -Я не знаю,  что тебе сказать. Разве что вот это: я люблю моего Господа Иисуса Христа,  и я люблю тебя. Я сегодня клялась, что сочеталась с Христом. Но и тебе я клялась в верности, когда ты на островке в Тронхейме-фьорде просил меня стать твоей женой...

- Только в случае моего исцеления, Дженни! А оно полностью в руках Месса.

- Но я-то буду с тобой в любом случае, Ланселот. И я буду хранить верность моему Господу, как моему жениху, а моему жениху -как моему Господу! И поверь, что я буду с тобой независимо от того, есть у тебя ноги или нет. Даже если, не дай Бог, ты вдруг станешь вовсе неподвижным, слепым и без гласным, не будешь даже понимать меня, я все равно останусь с тобой...

- Остановись, Дженни! Я рад, что мы вот-вот уплывем  с этого блаженного остро ва и ты не успеешь стать фанатичкой. Ты уже  на полпути к этому, дурочка, - Лансе лот, смеясь, поцеловал руку Дженни. Она вздохнула и умолкла, склонив голову на его плечо.

Праздничный обед устроили прямо в саду, для чего из  трапезной вынесли на Пат-тин газон все столы и стулья и поставили их  под каштаном. Ослик не возражал, но ходил вокруг столов, поглядывая,  не перепадет ли и ему что-нибудь. Перепадало изрядно: на обед, кроме  рыбы и вина, было подано мно-го овощей, фруктов и ягод.

После обеда Айно пригласил брата Лан-селота пойти  с ним в библиотеку для важно-го разговора. Тот подумал, что Учитель  бу-дет пенять ему за отказ от крещения, но разговор пошел совсем о другом.

На большом овальном столе была рас-стелена большая карта Планеты, а сверху лежал небольшой кожаный мешок.

- Вот это, - Айно указал на мешок, -золото тамплиеров,  которое наконец-то по-служит доброму делу. Наш брат Поль отыс-кал клад, замурованный в стенах Жизора. Когда-то он страстно мечтал найти таин-ственное золото тамплиеров. Потом он на-шел клад духовный - веру в Христа, ну и забыл о своем прежнем увлечении. Однако по привычке он приглядывался к старин-ным стенам и камням, и его профессиональ-ный глаз однажды углядел  какую-то непра-вильность в кладке одного из темных пере-ходов замка.  Так, наш Поль обнаружил и обрел золото тамплиеров, за которым люди охотились  на протяжении веков. К этому времени он сам настолько изменился, что уже не знал, что ему делать с этим золотом, и отдал клад мне. Часть золота тамплиеров ушла на устройство школы, на посадку нашего сада, на покупку книг, но и осталось немало. Если встретишь в своем странствии доброго человека, кому золото нужно для благого дела, пошли его к нам. А сейчас бери свою часть, брат Ланселот! Ланселот протянул руку и поднял мешок. - Какой тяжелый, однако!

- Золото, - улыбнулся Айно. - Этот ко шель и эту карту ты возьмешь с собой, брат Ланселот. Это самая новая карта на земле. Вот, смотри: недалеко от Жизора начинает ся Французская коса, отделяющая  Европей ское море от Атлантики; мы ее обогнем и войдем во внутреннее Европейское море. Пройдем до Гароннского пролива и дальше пойдем этим проливом, держась правого берега. Вот здесь, напротив маленького ост ровка Тулуза, мы с вами простимся. Я вас покину, а вы останетесь и будете ждать. Мес та там пустынные, кругом бесплодные горы и руины городов, людей вы там не встрети те. Но вскоре вы увидите, как по горной дороге  на берег спустится старый автобус. Здесь по замыслу преступников и должно  окончиться паломничество испанских де тей, едущих к Антихристу на исцеление. Они начнут их высаживать на берегу, чтобы там их и бросить. Вы к ним подойдете с вашими мужчинами, вооруженными, конеч но, и предложите им выкуп за детей и за автобус. Оружие в ход пускать не придется - они  трусы. Но поторгуйтесь как следует, все золото им не отдавайте. С этими банди-тами едет сестра Мария. Она медицинская сестра и в преступном сговоре не участвует. Не оставляй ее на произвол негодяев, а возьми  с собой: она поможет вам ухаживать за детьми. Но самое главное, она умеет во-дить этот старый автобус.

- Не беспокойся, Айно, девушку мы, ко нечно, не бросим.

- Я знаю. Дети едут в скверных условиях: они либо теснятся на сиденьях, либо лежат прямо на полу автобуса, на мокрых, прогнив ших за дорогу матрацах. Когда часть детей вы переведете на катамаран,  можно будет достать из багажного отделения автобуса их инвалидные коляски, в них детям будет удоб нее ехать. Теперь смотри, как будет дальше пролегать ваш маршрут. Вы пойдете сначала на север, потом обогнете бывшую Швейца рию и вскоре достигнете Дунайского моря. Оно мелкое, полное островов и островков. Дальше катамаран пойдет, как и прежде, по воде, автобус же - по аквастрадам. - Что такое "аквастрады"?

- Это дороги, проложенные над водой и соединяющие  острова Дунайского моря. Вы дойдете до Баварского Леса. Теперь смотри внимательно, брат Ланселот: вы должны отыскать вот этот маленький островок, и там вы сделаете остановку. На этом островке находится заброшенная  усадьба, где вы смо-жете устроиться в относительной безопасно-сти. К этому времени дети совсем устанут и будут нуждаться в длительном отдыхе.

- А потом, после отдыха, мы сразу двинем-ся в Иерусалим  на исцеление. Мне придется перевозить детей двумя партиями через Сре-диземный океан. Я думаю, я пойду где-то здесь, по Греческому архипелагу, а потом...

- Дорогой брат Ланселот! Дальнейший ваш путь вы определите  сами, мне он виден пока только до Баварского Леса. Если бы ты вместе  со всеми принял сегодня крещение...

Так, подумал Ланселот, начинается: Учитель все-таки не удержался от пропове-ди! Он усмехнулся, сложил карту и отъехал от стола.

- Благодарю, Айно, за указания, за золо то тамплиеров и за карту. Больше всего - за карту. Айно понял его и вздохнул.

- Я бы хотел еще поговорить с твоей невестой, Ланселот, - сказал он. - Ты мне разрешишь это? - А разве я могу запретить?

- Запрещать ты, конечно, не станешь, мой добрый Ланселот.  Но можешь обидеть ся, что я хочу говорить с нею наедине.

- Я не обижусь, - усмехнулся Ланселот. -Ведь и с Дженни речь у вас наверняка пой-дет о нашем паломничестве. Я сейчас при-шлю ее к тебе, пророк.

Когда Дженни пришла, Айно повел ее на самую высокую башню Жизора. Дженни уже была здесь вместе с другими паломника-ми в их первый день на острове, когда Айно показал им автобус с детьми, пробирающий-ся  по горным дорогам Пиренеев. Сегодня он показал ей нечто другое.

Как и в прошлый раз, Айно взмахнул рукой - воздух перед глазами Дженни пре-вратился в огромное увеличительное стек-ло,  и мир распахнулся и приблизился. Пе-ред нею открылась живая карта истерзан-ной, почти наполовину затопленной Евро-пы. Дженни видела ее всю, от Северного моря до Средиземного океана, от границы с Россией и до Атлантики. Она  увидела оливковую поверхность внутренних морей, увидела архипелаги островов, в которые превратилась Европа, и цепи гор, подни-мавшиеся по ее границам,  словно выщерб-ленные края гигантской каменной чаши с зацветшей водой.  Скорбное зрелище пред-ставляла собой некогда гордая Европа! Ос-танки  когда-то прекрасных европейских столиц лежали в руинах и пожарищах, леса и поля были повсюду истреблены саран-чой и зарастали черно-зеленой плесенью дьяволоха, дороги по большей части вели под воду, мосты провалились. Люди мета-лись по земле. Они брели, шли, ехали на велосипедах, плыли на плотах и лодках. Люди бежали отовсюду и бежали во всех направлениях:  одни брели на юг, другие -на север, одни преодолевали Пиренеи, что-бы  выйти к чистому океану, другие переби-рались через горы, чтобы уйти от холода океана к запакощенному, но теплому внут-реннему Европейскому  морю. Люди мета-лись по всей земле и нигде не находили пристанища. -  Погляди на юго-восток, Евгения. Далеко, на юго-востоке от бывшей Европы торчала из воды устремленная в небо черная стрела. - Что это? - спросила Дженни.

- Это то место, куда стремится попасть брат Ланселот  и, к сожалению, скорее всего попадет. Это Вавилонская башня, резиден  ция Мессии.

- Я не узнала ее, хотя видела много раз в новостях. Отсюда она кажется очень мрач ной. Она похожа на черный палец, грозя щий небу.

- Ну, до неба он не дотянется, - усмех нулся Айно.

- Кажется, что до нее совсем недалеко, - сказала Дженни  и поежилась.

- Это не совсем так. "В будущем году в Иерусалиме" - так когда-то говорили евреи в своих диаспорах. Вот и я скажу тебе  сегод ня: в будущем году, дочь моя, ты будешь в Иерусалиме. А теперь, Евгения, я покажу тебе самое важное.

Он широко распахнул обе руки и взмах-нул ими. И пораженная девушка увидела, что по всей земле то тут, то там поднимают-ся в небо  столбы света.

- Это потайные острова молитвы, - по яснил Айно. -  Монастыри, общины ката-комбных христиан и отшельники, святые старцы-молитвенники. Они связаны с не бом, как младенец в утробе связан с мате рью пуповиной. Ты видишь молитвенные островки на Святой Земле?

- Яркие столбы света вокруг черной баш ни - это они?

- Да, Евгения. Отныне ты сама сможешь всегда их увидеть, это мой дар тебе. Запом ни, где этот свет - там ты всегда найдешь приют  и помощь. Тебе достаточно будет ска зать христианам, что ты выполняешь пору чение Айно.

- Ая разве выполняю, Учитель? Ведь это Ланселот должен найти и спасти детей, а я просто буду при нем, как всегда.

- Нет, дочь моя, не просто "при нем". Откуда ты родом, Евгения? - Из Шотландии, с острова Ионы.

- Сестра Евгения, я хочу сделать тебе еще один подарок. Хочешь ты увидеть свой остров? - Очень хочу!

Айно вытянул руку на север, и там, куда показывал  его палец, Дженни увидела сна-чала яркую зеленую точку. Потом точка  эта приблизилась, выросла и превратилась в остров Иона - такой, каким  его видела Джен-ни из окна вертолета, когда летела к Лансе-лоту. Дженни разглядела усадьбу Макферсо-нов и даже свою мать, одиноко идущую по их большому неухоженному саду.

- Наш сад стал таким запущенным... Неуже ли она скучает по мне? - спросила Дженни.

- Не знаю, - ответил Айно. - Но могу показать ту,  которая действительно скучает по тебе и возносит за тебя молитвы.

На краю острова Дженни увидела ма-ленькую деревеньку, состоящую из призе-мистых каменных хижин. Возле одной из них на скамеечке  сидела сгорбленная ста-рая женщина. - Кто это? - Приглядись.

Лицо женщины приблизилось, и Джен-ни услышала: - А еще, Господи, сделай так, чтобы моя малышка Дженни узнала Тебя, спаси  ее ду-шеньку, Милостивый! Сохрани ее от всех бед и напастей и приведи к вере православной.

- Господи, это же моя няня! Она до сих пор жива! -  воскликнула Дженни. - Неуже ли она до сих пор меня не забыла?

- Она любит тебя, Евгения, и всегда любила. А ты хоть помнишь, как ее зовут?

- Мы с братьями всегда звали ее просто "няня".

- Ее зовут Анна. Она о тебе молится -молись и ты за нее.

- Учитель, а нельзя сделать так, чтобы она узнала о том, что я уже крестилась?

- Ты сама ей об этом скажешь, когда вы встретитесь.  - А мы встретимся? - Обязательно. - Скоро?

- Скорее, чем ты думаешь, Евгения. "Уже гораздо, гораздо позже, чем вы все думае те..."* А теперь посмотри снова туда, где стоит твой дом. Ты видишь неподалеку раз валины большого монастыря?

- Да. Эти развалины я хорошо знаю, мы туда ходили с няней и братьями. Няня там дремала на солнышке, а мы лазали по камням. Но она нам не говорила, что это за руины.

- Известное высказывание о. Серафима Платинского (Роуза)  о последних временах.

- Няня ваша не дремала, а молилась на святом месте. Это руины монастыря, осно ванного некогда на вашем острове святым равноапостольным Колумбой. Он пришел в шестом веке из Ирландии на ваш остров и основал  на нем монастырь, ставший колы белью кельтского монашества и духовной  столицей Шотландии. Отсюда православ ное христианство распространилось не только на Британские острова, но и на се вер европейского континента и дальше. Не которые монахи с острова Ионы отправля лись в длительные морские путешествия, чтобы нести свет Христовой веры язычни кам. Эти странствия часто были опасными и всегда трудными и потому получили на  звание "зеленого мученичества". И было пророчество о том,  что перед концом вре мен "зеленое мученичество" возродится, и с острова Иона по миру вновь будет распро страняться истинная, то есть православная христианская вера.

- И кто же будет это делать? Я не знала на нашем острове  других христиан, кроме моей няни.

- Ты знаешь еще одну девушку-христиан ку с острова Иона. Это ты, Евгения. Ты станешь помогать отцу Иакову просвещать и крестить детей. - Тех, которых мы встретим?

- Да. А мученичество твое, кроме опасностей, которые  вы встретите в пути, кро ме трудов и лишений, которые тебя ждут в усадьбе на островке в Дунайском море, бу дет еще и в том, что будешь непрерывно молиться за душу твоего Ланселота. Это бу дет очень трудно, порой мучительно, но, поверь мне, Ланселот очень нужен Господу. - Я так рада это слышать, Учитель!

- Вот и хорошо, - улыбнулся Айно. - Это и есть мое поручение: ни при каких обстоятельствах, ни при каких условиях ты не  должна оставлять Ланселота. С одним единственным исключением: если только тебя не вынудит к тому твой ослик Патти. - Патти?

- Да. Животным дано чувствовать Анти христа и бояться его, он не может обмануть их сердца. Патти не даст тебе попасть в руки Антихриста. Ты поняла и запомнила, Евгения?

- Кажется, да, Учитель. Благослови же меня на это  "зеленое мученичество"!

Айно благословил девушку. Дженни в последний раз кинула задумчивый взгляд на измученное земное пространство, повсюду пронзенное восходящими к небу молитвен-ными столбами света, а затем вместе с Айно спустилась с башни.

[ Назад ]     [ Содержание ]     [ Вперед ]

Юлия Вознесенская - "Паломничество Ланселота"

[ Cкачать всю книгу ]

Рекомендуйте эту страницу другу!